Каково лохматить бабушку и быть героем. Серия «Бессмертный полк»

11 июля 1941 года Сталин пишет в Киев Хрущёву, Жукову через узел связи Генштаба

– Получены достоверные сведения, что вы все, от командующего Юго-Западным фронтом до членов Военного Совета, настроены панически и намерены произвести отвод войск на левый берег Днепра.

Предупреждаю вас, что, если вы сделаете хоть один шаг в сторону отвода войск на левый берег Днепра, не будете до последней возможности защищать районы укрепрайонов на правом берегу Днепра, вас всех постигнет жестокая кара, как трусов и дезертиров.

Но…

Но, вопреки здравому смыслу уже 29 июля на совещании у Сталина Жуков ультимативно заявил, что Киев необходимо оставить. Понятно было, что нарывается. Ведь главнокомандующий сгоряча мог и погубить.

Но Сталин посоветовал не горячиться

– Мы тут без Ленина, между прочим, обошлись, а без вас тем более обойдёмся… Мы тут посоветуемся и тогда вызовем вас.

В том совещании приняли участие те же самые лица: Маленков, Мехлис, Берия.

В результате глупых, тупых и непонятно, каких вредительских потуг Жукова Киев мы сдали.

В окружении оказалась брошенная 37 армия генерала А. А. Власова.

Жуков без оглядки убегал-драпал на левый берег Днепра, да так, что в спешке даже не уведомил штаб 37 армии об отступлении (?!). В результате, выходя из окружения, армия натерпелась лиха сверх всякой меры.

В любом случае в боях под Киевом погибло более полумиллиона красноармейцев. В плен попало 664 тысячи человек (!).

Но тогда ничего не предвещало трагедии. В Киеве ходили трамваи. Как никогда были сильны укрепрайоны на подступах. И зачем Жуков сдал Киев, непонятно? Странно. Виданное ли дело, что было сотворено нечто ужасное, безобразно-бесстыдное действо, которое повлияло на результаты всей войны. В любом случае, трагическое позорище было создано, построено и сотворено своими же верховными командирами. С какой стороны не смотри, но это была катастрофа вселенского масштаба.

Однако, с высоты сегодняшних лет видится, что Жуков просто, без обиняков, как всегда цинично разменял Киев на Ельню. Именно у Ельни имелся не имеющий стратегической ценности немецкий выступ, за который Вермахт не собирался удерживаться, ведь в то время наступления на Москву не планировалось. И наша разведка об этом была прекрасно осведомлена.

С самого начала никому не нужный контрудар задумывался, как сегодня сказали бы «пиар-акцией».