Академия Артеквартс. Часть 1. Юмористическое фэнтези

– Да, он заснул под вопли погони, убаюканный у меня подмышкой. Но я так торопился, что меха моей шкурки развевались по ветру и мех из подмышек как крылья трепыхал всё время моего бегства…

Встречающие слушали его историю, раскрыв рот, поражённые случившимся. Историей заинтересовался и ещё кое-кто. Из-за могучей спины Подсоса выглянула удивлённая улыбка младенца. Он висел сзади исполина кверху ногами, запутавшись ими в складках меха, а ручками крепко держась за его пояс. Но, когда очень интересный рассказ исполина привлёк внимание и малыша, он и выглянул из-за надёжного укрытия.

– А это тогда кто же? – недоумевал профессор, сняв очки и прищурившись, приблизился к младенцу почти вплотную. Настолько вплотную, что тот протянул свою ручку к кипе волос подошедшего и с чпоком выдернул из них прилипшее лакомство.

Не успели все и глазом моргнуть, как ребёнок запихал леденец в рот, лишь смачно выплюнув обёртку.

На его лбу, как на глобусе отчётливо проступало родимое пятно в виде полуострова Крым, подсвеченное внутренним флюром костей.

– Значит, действительно именно он забрал себе этот меченый полуостров…

– Мда… Причём, заметьте, без всякого референдума…

– И никто не сможет теперь забрать Крым у Гарика? Даже Вы?

– Даже если бы мог, то не стал бы этого делать. Пусть все спасибо скажут, что Гарик ещё и Аляску не забрал на свой глобус! Такие родимые пятна никто добровольно не отдаёт. У меня, например, под сердцем пятно в виде Кубы спряталось… А ещё и Сахалин в самой ж… Ой, да что мы стоим-то? Пора передать ребёнка под опеку родне.

– И что же, мы вот просто так оставим малыша на крыльце перед их дверями?

– Да, Вы правы, Миледи! Надо его во что-то упаковать! – профессору на глаза попалась обёртка от съеденного Гариком чупа-чупса, но он отверг эту идею. Как и отверг неожиданно обнаруженный рояль в кустах. Ситуация разрешилась, когда заговорщики случайно заметили на мусорной куче коробку с использованными шприцами.

– В конце концов, мы наконец-то нашли идеальный конец своим поискам! Никто и не узнает о такой нелепой детали в биографии Гарика Потного! – философски изрёк Драчкандорф, высыпая содержимое коробки обратно в мусорку.

– Ааа… Могу я на прощание поцеловать малыша? – растроганно пробасил, срываясь на фальцет, Подсос и склонился над ним, щекоча волосьями своего лица. Ребёнок от неожиданности громко чихнул, и великана как сдуло.