Десятый самозванец

Акундинов, улыбнулся, вытер лицо и коротко, без размаха, ударил жену кулаком в лоб. Потом, навалился на нее и стал задирать подол, раздвигая ноги. Танька, неистово сопротивлялась – хватала за руки, плевалась и кусалась, чем еще больше раззадоривала насильника-мужа. Правда, пришлось съездить ей еще пару раз, что бы угомонилась и, лежала спокойно…

– Ну вот, – слез с жены Тимоха, удовлетворенно отдуваясь и затягивая пояс на штанах. – Теперя, курва, можешь и к крестному своему идти, жаловаться.

– Сволочь ты, – с ненавистью глядя на мужа, сказала Танька.

«А ведь и пойдет, – мелькнуло в голове у Тимофея. – Пойдет, да и обскажет! Тогда особо-то и не набегаешь!»

– Пойдешь, значит? – поинтересовался он. – А сын, как же? Мальчишка-то без отца вырастет…

– А на хрен ему такой отец? – злобно усмехнулась Танька. – Таких отцов в нужнике топить надо. А лучше, им сразу тряхомудию отрезать, что бы ублюдков не плодили! Проживем, как-нибудь и без тебя. Крестный пропасть не даст.

– Не ври, – стал злиться Тимоха. – Батька мой, милостыни никогда не просил. Он, скорее бы с голоду сдох, но на паперть бы не сел…

– А мне – похрен! Хоть ты, хоть батька твой, калека безногий. Все вы нищеброды, да приживалы, – не унималась Танька, поняв, что ударила по самому больному…

– Ну ладно, – сказал Акундинов, внезапно успокоившись.

– Молиться? – не поняла жена, от удивления перестав ругаться. – Чего я молиться-то должна? До обедни-то, чай, далеко…

– Ну, как хочешь, – вздохнул Тимофей, подходя к ней ближе. – Мое дело – предложить… А то – помолилась бы, душу облегчила…

– Ты чё, это? – усмехнулась жена разбитыми губами. – Думаешь, коли помолюсь, так и прощу? Как же… Кукиш тебе!

– Да нет, – спокойно и, как-то буднично сказал Тимофей.

– Да ты, чё удумал-то? – испугалась Татьяна. – Ты чего, делаешь-то? Тимофей, ты что, сполоумел, что ли?

Жена, попыталась вскочить, но Тимофей, ударом ноги опрокинул ее на спину, а потом, схватив за горло, принялся душить. Танька сопротивлялась с невероятной силой. Ей удалось подтянуть к себе ноги и сильным толчком отпихнуть незадачливого душителя в сторону. Вырвавшись, баба метнулась к двери.