Боги Черной Лощины

И без Джослин, которая могла бы сыграть роль буфера, он чувствовал себя уязвимым перед натиском жестоких напоминаний, неуверенность снова прокрадывалась в уголки его сознания.

Когда стало совсем невмоготу, Мейсон рухнул в кресло в больничном коридоре. Достал телефон и начал искать единственное, что, как он знал, могло отвлечь его внимание: убийство Эль Робинсон, последней похищенной Сновидицей девушки.

Глава 10

ПОИСК ВИДЕО не занял много времени. Ролик оказался зернистым и приглушенным, однако достаточно четким, чтобы разобрать, что там происходит.

Мейсон достал из кармана наушники, подключил их и, крепко стиснув телефон в руке, нажал на кнопку воспроизведения.

– Вы убили свою дочь, – произнес детектив, наклоняясь, чтобы поймать взгляд подозреваемого.

Джин Робинсон, с виду ничем не примечательный мужчина лет пятидесяти, испуганно вскинул глаза. Его руки, сложенные на столе посреди пустой комнаты для допросов, дрожали.

– Я не убивал дочь, – настаивал он. – Я не сделал ничего плохого.

– Вы отрицаете свою причастность к убийству? – Детектив подавил смешок. – Вас сдала собственная жена.

– То, что я убил… – Его голос сорвался, и Джин умолк, спрятав лицо в ладонях. Затем глубоко вздохнул и выпрямился: – То, что я убил, не было Эль, не было моей девочкой. Это была раба Сновидицы. Мою Эль заманили Волки, – всхлипнул он, – и она навсегда осталась в этих лесах. Она никогда не вернется.

– Вы чертовски правы, так и есть, – ответил детектив. – Кто-нибудь, отведите этого парня на психиатрическую экспертизу.

– Вы не понимаете, как это работает! – Самообладание Джина Робинсона рухнуло, он стукнул кулаком по столу, из его широко раскрытых глаз покатились слезы. – То, что оттуда возвращается, – лишь оболочка. Девушка уходит в лес, но обратно выходит нечто иное.

Мейсон пребывал в растерянности. Как этот человек мог убить собственную дочь? Джин Робинсон казался совершенно раздавленным горем и все продолжал твердить, какой умной, красивой, доброй и достойной была его малышка.

Мейсон был осведомлен о синдроме Капгра, или, как его еще называют, синдроме самозванца, но случаи этого психического заболевания были настолько редкими и диковинными, что с трудом верилось, что они вообще существуют за пределами учебников психологии.

– Она начала отдаляться, – прошептал Джин, снова закрыв лицо руками. – Именно так можно догадаться. Сперва они впадают в депрессию, капризничают, все время требуют оставить их в покое. Словно… не в себе.