Присоединение

Беспокойство нарастало, и он вновь вернулся к мыслям о психологе: «Точно, нужно сходить к специалисту. Нужно прямо сегодня…»

Он взял в руки телефон и набрал номер мамы. Напустив в голос бодрости, он произнёс:

– Привет, мам…

Глава 3.

В коридоре было душно и пахло сыростью. Одна из ламп на потолке ужасно гудела и светила белым, мерцающим светом. Перед дверью с надписью: «Врач психолог, Конев В.Б.» сидело человек двадцать. Несмотря на такое количество людей, никто не разговаривал. Каждый молча варил в себе свои проблемы, словно боясь выплеснуть их наружу.

Воздух был пронизан враждебностью, как будто здесь находились не пациенты клиники, а заклятые враги. Белый кафель на стенах напоминал Глебу морг. Это сходство усиливала зловещая тишина, которую нарушало только мерное гудение лампы.

«Приятное местечко, – мысленно произнёс Глеб. – Ну что поделать, лишь бы врач был хороший».

Врача Глебу посоветовала мама, которая работала терапевтом в Главной городской больнице и знала немало хороших специалистов в городе.

Поэтому психолог был найден в течение получаса.

Глеб вспомнил разговор с мамой. Чтобы не напугать её, пришлось соврать, что помощь нужна его другу, которого мучают ночные кошмары.

«Ну, вроде бы мама не догадалась», – мысленно улыбнулся Глеб и уставился на дверь, в надежде, что она откроется и из неё выйдет очередной пациент.

На часах было чуть больше двенадцати, и Глеб пожалел, что не взял с собой какую-нибудь книгу. Занять себя было абсолютно нечем, и он закрыл глаза.

Заскрипела дверь, послышались шаги и мужской басовитый голос произнес:

– Горский Глеб Аркадьевич.

Глеб встрепенулся, услышав своё имя, и открыл глаза. Дверь в кабинет была открыта и словно приглашала войти. Из кабинета повторно раздалось:

– Горский Глеб Аркадьевич, заходите.

С чувством удовлетворения от того, что подошла его очередь, Глеб вскочил и двинулся по направлению к двери, обдумывая на ходу, откуда врачу могло стать известно его имя, ведь маме он говорил, что проблемы у друга, следовательно, о его присутствии здесь никто не должен был знать.

Войдя в кабинет и закрыв за собой дверь, Глеб встал как вкопанный, цепенея от охватывающего его ужаса. Перед ним сидел тот самый незнакомец из последнего сна!

Он улыбнулся и произнес:

– 

Проходите, Глеб Аркадьевич, присаживайтесь.

И указал жестом на стул, стоящий напротив стола. Усилием воли Глеб заставил себя сдвинуться с места и дойти до стола.