Падение «Патриархов»

Именно Булатов, будучи еще Тактиком, выдвинул его в Асы.

Богров в день отмены боевого приказа воспользовался старым проверенным каналом связи с Булатовым и сообщил о своем решении не распускать группу по домам, так как предчувствовал беду. Булатов поблагодарил его за предупреждение и пообещал, что всем, с кем есть связь, будет рекомендовать остаться в штабах.

Стивен Скелдсон сидел в своем кабинете штаба, располагающегося в Северной Каролине. Он готовился к брифингу и собирался уже выходить к своей группе, как неожиданно увидел на коммуникаторе непрочитанное сообщение.

Писал старый знакомый, русский, с которым они однажды расследовали инцидент в Австралии. После чего этот русский с труднопроизносимой фамилией сконфигурировал его коммуникатор для получения прямых сообщений от него. Затем их пути разошлись, и они не пересекались лет пять.

Извещение, мягко говоря, удивило Стивена, оно гласило:

«Рекомендую приказ проигнорировать, нос высовывать минимально. Крот. Дезинформация. Существование ордена на кону.

Сообщение удалить после прочтения».

Скелдсон вышел к группе в кают-компанию, бормоча что-то про русских под нос:

– Ребята, есть разрешение от ордена всех распустить на два месяца, – сообщил Стивен. – И есть информация, что приказу лучше не следовать. Если кто-то хочет на два месяца вернуться в привычную жизнь, то я никого держать не буду, только прошу, если вдруг начнется заваруха, прямиком сюда. Тем же, кто останется, я сообщу, как дальше действовать.

– Есть, сэр, – ответила группа.

Четверо собрали свои семьи и уехали по своим домам, трое остались. Стивен им объяснил, что работать, учиться и прочее не возбраняется, но только на защищенных машинах и с минимальным пребыванием на открытой местности.

Глава 2. Как глубока кротовья нора

– Фрост, отвечайте прямо на вопрос, – начал инквизитор. – Чем дольше вы увиливаете от ответа, тем больше во мне растет подозрение в вашей причастности к активации ложной тревоги, а также в заговоре против ордена и человечества.

– Росси, инквизитор хренов, учишь их, кормишь, а они тебя потом под микроскоп и на детектор лжи. Ты постеснялся бы меня допрашивать, я тебе в деды гожусь, – упирался Творец.

Мигель Мария дель Росси покачал от бессилия головой:

– Видимо, мне ничего не остается делать, как применить последнее средство. Вы знаете, чем это грозит?

– Шельмец, давай заново, что-то мне не хочется на неделю мигреней и галлюцинаций, задавай свои вопросы, – сдался Творец.