Вожак

Голоса Адала уже не было слышно: то ли он уснул, то ли пошел в дом – отдохнуть до ужина. Ну и ладно! Успеет еще с ним поговорить. Так хочется иногда побыть одной! Только небо, только солнце, только мысли…

Нет, убивать Адруса – это нехорошо. Со всех сторон нехорошо! Ведь если его убедить, он сможет стать агентом Занусса! В элитном полку – свой агент!

Только вот как его убедить? Вернее, как заставить его работать на Занусс? Что будет, если подойти к нему и предложить вернуться в строй?

Что бы она сделала? Наверное – убила бы.

Да, убила бы. А почему он должен поступить по-другому?

А что там с этой Сарой? Неужели Звереныш полюбил какую-то женщину? Если так, то даже хорошо – у него есть слабое место, на которое можно надавить. По крайней мере – выслушает, прежде чем вступит в бой.

Делия не обольщалась насчет своих способностей как бойца. Да, она превосходит многих и многих бойцов – в том числе и Псов – по своим боевым возможностям. Но Звереныш… это нечто особое.

С ним она не справится. Не справится – если пойдет против него лицом к лицу. Отравленные стрелы, яды, арбалетный болт в затылок – это не в счет. И это будет последним аргументом, когда все остальные агрументы закончатся.

Делия надеялась, что до такого дело не дойдет.

Впрочем, нужно было еще увериться, что Демон – это Звереныш. До тех пор все рассуждения не имеют смысла. А когда на сто процентов будет ясно, что он – это он, тогда посмотрим, кто умнее и кто способнее к тайным операциям! Ненормальный убийца или агент с многолетним стажем, который привык планировать тайные операции и не останавливаться ни перед чем, чтобы достигнуть желаемого результата!

Адрус, Адрус… как же она соскучилась по нему, подлецу!

Ведь не убил! Даже под синим зельем ее не убил! Значит – дорога! Значит – есть надежда.

На что? На что-то. Хотя бы на что-то…

* * *

Делия выгнулась, задрожала всем телом, до боли сжав пальцы в кулаки, и опомнилась, только когда девица жалобно запищала, зажатая меж бедер.

И тогда уже расслабилась, откинувшись на подушки, тяжело дыша.

– Госпожа… такая сильная! – Рабыня со страхом смотрела на Делию, потирая шею. На щеке девицы белели влажные сгустки, язык облизывал мокрые губы, будто девушка только что поела пирожное с кремом.

Делия отвернулась, нахмурившись, будто увидела что-то неприятное, такое, о чем хочется забыть. Нет, она никогда не была сторонницей однополой любви.