Справедливости – всем

Нет, не участковым, обычным оперативным уполномоченным.

Честно сказать, думал недолго. Посоветовался с Сазоновым и на следующий же день дал положительный ответ. Все-таки у опера больше пространства для маневра: гражданская одежда, не привлекающая внимания, опять же – возможность носить с собой штатный ствол – и не только штатный, но в кобуре скрытого ношения. Да и зарплата опера была повыше, хотя что мне зарплата? Я за ней и ходил-то только потому, что так положено. Мне выше головы хватало моих левых доходов от крышевания предприятий.

Честно сказать, я даже не особо знал, куда девать деньги. Пить я не пью, ем достаточно скромно, хотя и добротно. Ну да, квартиру отделал, купил новую японскую технику: телевизор, видик, магнитолу. И – все.

Машина? Есть у меня машина. Досталась, можно сказать, в уплату за работу после того, как я нашел негодяев, убивших родителей одного олигарха.

Могу купить хорошую иномарку, но – зачем? Во-первых, засвечусь возле УВД – у нас не любят, когда простые менты разъезжают на дорогих иномарках.

Опять же, для моих целей лучше всего «девятка» – «мокрый асфальт». Незаметная, неброская серая мышь, которая заводится с первого толчка, а в городе носится не хуже самого быстрого «Мерседеса» или BMW – здесь мощность двигателя особого значения не имеет. Да и не жалко бить, если что. Надо будет, так я завтра еще одну такую же куплю.

Сотовый телефон – тоже достался от олигарха. Только перевести пришлось на свое имя. Оно и понятно – разговоры-то пятьдесят центов минута! Охренеешь долго разговаривать! Само собой, не желает олигарх оплачивать мои переговоры.

Дорого, да. Правда, первые девять секунд бесплатно, и, если умеешь говорить по существу и быстро, можно уложиться в восемь секунд. Хотя, по большому счету, что мне эти пятьдесят центов? Ерунда! Я в день зарабатываю столько, что могу говорить по телефону круглые сутки.

Смотрели на меня в первый месяц службы на новом месте как на совершеннейшего выскочку. Ну как же – участковый, «от сохи», который стал опером! В участковые нередко ссылают оперов, которые провинились на фронте защиты правопорядка. Обычно ссылают за пьянку и дебоши, например, пригрозил таксисту пистолетом, отказавшись платить деньги.