Путь самурая

И заколотил кулаком в ставню – вначале тихо, осторожно, но, видя, что мои усилия ни к чему не приводят, во всю силу своих подпорченных алкоголем тридцати лет.

Когда контакт с «объектом вожделения» совершился, я едва не упустил в штаны – мужик подкрался настолько тихо, настолько осторожно, что это можно сравнить со скрадыванием добычи диким зверем вроде леопарда, – медленно-медленно, тихо-тихо, а потом рывок! И жертве каюк. И поделом! Нужно быть внимательнее! Не подставляйте спину клыкам и «перьям», звери и участковые!

– Что хотел? – Голос был хрипловатым, низким, а его владелец совершенно невидным, неопределенного возраста, от сорока до семидесяти.

Шестьдесят лет? М-да… Двигается он не так, как человек, отягощенный болезнями и долгами. Спокойный, как удав, ловкий, как леопард, и проницательный, как… как… кто? Питон Каа – вот кто! «Бандерлоги, подойдите еще на один шаг! Хорошо ли вам видно, бандерло-о-оги?!» Брр… аж мурашки по коже. Ну что же, поговорим, Каа?

– Василий Петрович Сазонов? Я ваш участковый.

– А имя у участкового есть? Фамилия? – негромко, но жестко осведомился мужчина. – Представляться не учили?

– Извините… – я слегка покраснел, что было для меня совсем неожиданно. Неужели я не разучился краснеть? – Каргин Андрей. Лейтенант милиции. Участковый. Теперь мы можем с вами поговорить?

– Теперь можем. Заходи! – Калитка открылась. И я вошел во двор. И это простое деяние навсегда изменило мою жизнь.

Глава 2

Из «Хагакурэ» – трактата о Бусидо:

«Если каждое утро и каждый вечер ты будешь готовить себя к смерти и сможешь жить так, словно твое тело уже умерло, ты станешь подлинным самураем».

Двор чистый, ухоженный, в отличие от палисадника. Видно, что за двором ухаживают – с душой, с расстановкой. Цветы, газон. Камни расставлены в некоем художественном беспорядке. Ну что-то вроде сада камней у японцев. Не хватает только небольшого пруда с рыбками и сакуры. Впрочем, вон и сакура.

На травке шезлонг, книжка лежит. И что интересно – книжка на английском языке. Хм… вот тебе и пенсионер! Кто же это такой, в конце-то концов?!

– Здесь сядем или в дом пойдем? – Сазонов указал на стол под навесом. Вокруг стола стояли четыре стула – ровно, как по линейке. Стеклянный кувшин с чем-то желтоватым, высокие коктейльные стаканы – два стакана.