Лекарь

– Абижашь, хозяйка, – буркнул, входя, Селифан и перекрестился на образа, висевшие в углу, – мы люди темны, грамотам не обученные…

– Ты-то грамотам не обученный? Болтун, а?! Ты погляди на него, Влад, это не он ли церковно-приходскую школу закончил в Лазутине?! Ты не смотри на него, что он такой валенок, он еще тот фрукт – из дыры три дыры. – Марьяна уничижительно фыркнула и замолчала. – Ну садись к столу, коль пришел. С чем пожаловал?

Она налила ему чашку чая, пододвинула блюдце с наколотым сахаром, и тот начал важно и степенно прихлебывать горячий напиток.

– Вот ведь, гадина, какая важность! Набивает цену себе – ты поглянь на него!

Влад с интересом наблюдал за пикировкой Марьяны и Селифана. Видно было, что они давным-давно знают друг друга как облупленные, и такие «разборки» им не впервой, и стали уже как бы необходимым ритуалом их встреч. Староста был умным мужиком – как давно еще отрекомендовала Марьяна, и он уверенно вел деревню Карауловку через годы, успешно справляясь с недородами и гневом власть имущих.

Староста допил чашку, внимательно осмотрел Марьяну:

– Да ты никак помолодела, мать ты наша… И не признать-то! – Он внимательно посмотрел на Влада: – Вы посодействовали, что ли, господин лекарь? Ну, молчу-молчу, не мое дело. В общем, привез я вам семь девок на выбор. Не обессудьте – какие были, таких и привез. Сколько надо, столько и отберите. Остальных назад увезу.

– Ты сам бы… – перебила Марьяна. – Небось половину девок перепортил в деревне, старый кобель.

– Хе-хе, ну не такой уж и старый, – разгладил усы староста и довольно ухмыльнулся. – Да что мы все обо мне да обо мне. О деле давай. Я щас пойду к стражникам, еще чайку хлебну, а они тогда будут по одной заходить, и вы с ними тут беседуйте, сколько душеньке угодно.

Девки толпились у крылечка, топая ногами на морозце и от чего-то хихикая. Потом одна решилась и робко постучала в дверь, дождалась ответа и несмело зашла.

– Ну, проходи… чего у порога-то топчешься. Как звать?

– Маша…

– Сколько лет?

– Семнадцать.

– Так, Марьян.