Василёк Тевтонский Бантик. Серия «Бессмертный полк»

Соседи троих капитановых детишек пристроили по добросердечным и отзывчивым людям.

Обо всех этих семейных, приключившихся злоключениях, поведали ему далёкие родственники, разыскавшие его заветным почтовым треугольничком.

Сильно плакал бывший майор о том, что спасая жизни солдат, подвел свою семью к самому краю драматического финала и, как бы ни пытался, не сумеет вытащить из беды своих деток.

– Домой мне срочно надо, домой, да побыстрее. Детушек своих спасать, – причитал боевой офицер, растирая по небритым щекам горькие скупые слезы.

Василек сидел рядом на скамейке. От рассказанной истории ему, конечно же, стало непривычно не по себе. У них, в безмятежной Европе всегда все спокойно и размеренно. Ни тебе встрясок, а тем более каких либо потрясений. А тут на тебе, целая семейная трагедия. Драма с несчастливым концом.

Захлопал он белесыми ресницами. Показалось мне или нет, но от услышанного исповедания, у него из-под очков скатилась слеза. В этот момент отвернулся он, правда, на лошадей взглянуть.

Эх, Василек, Василек тебя-то, что ждет во взрослой жизни?

Разговоры затянулись допоздна.

Поудобнее притулившись на крылечке и закутавшись в шинель, я провалился в глубокую яму богатырского сна. Утренний сырой туман окутал подворье.

Светало, когда посыльный из дозора стал тормошить меня за плечо

– Товарищ гвардии капитан, немцы, – выдохнул он полушепотом.

Сон, как ветром сдуло. Схватив портупею, оружие я одним махом выскочил со двора.

…Урча моторами и выбрасывая вверх из торчащих глушителей клубы сизого дыма, от леска в нашем направлении двигались два «Тигра» в окружении роты эсэсовцев.

Обтекая танки слева и справа, с высоко засученными рукавами, приложив к своим бокам шмайссеры, фашисты быстрыми шагами сокращали расстояние до замка.

Наша рота была как раз на их пути к Рижскому заливу, поэтому сомнений не было, что мы становимся их главным препятствием.

Для меня всё было ясно. Мои задремавшие часовые однозначно проморгали вражескую разведку. А местные националисты передали эсэсовцам всю информацию о размещении наших огневых точек, о количестве бойцов на подворье и, тем более, о нашей ночной пьянке.

Немецкие танкисты произвели всего два выстрела осколочными, а уже три сгрудившиеся сорокапятки были разорваны в клочья и разбросаны по сторонам придорожной канавы.

К прицелу четвёртой припал Неверов. Первый выстрел «прощай, Родина» чиркнул сбоку по «Тигру». Расчёт быстро закинул в казённик второй боеприпас.