Пандемия

Он протянул белому мужчине стаканчик с таблетками – антибиотиками для предотвращения вторичной инфекции – и бутылку с наклейкой «ПРР» – пероральный регидрационный раствор.

– Примите это, пожалуйста.

Нетвердой рукой мужчина опрокинул стаканчик с таблетками в рот и сделал глоток из бутылки, скривившись от неприятного вкуса.

– Я знаю. Вкус противный, но иначе нельзя. Вам требуется восполнить потерю жидкости.

В среднем от Эболы умирала половина заразившихся. Даже когда организм побеждал инфекцию, понос во время острой фазы нередко приводил к смерти от обезвоживания.

– Я скоро вернусь, – сказал Элим.

Выйдя за дверь, Элим снял комплект СИЗ – средств индивидуальной защиты. Запасов СИЗ не хватало, чтобы обеспечить безопасность всех работников больницы, ухаживающих за пациентом. Они отчаянно нуждались в пополнении снаряжения и подкреплениях. А пока что больного следовало изолировать, а Лукаса поместить в карантин, пока не станет ясно, инфицирован он или нет.

Врач обдумывал план действий, когда его опять окликнула медсестра.

Он бросился в комнату, служившую приемным отделением, где обнаружил еще одного высокого белого мужчину, привалившегося к дверному косяку. Этот был заметно старше двух других, но, как и первый пациент, был бледен, потел и вонял поносом и рвотой.

– Прибыл с остальными? – спросил Элим.

– Не знаю, – прошептала сестра. – Его прислали прямо из аэропорта.

– Сэр, закатайте, пожалуйста, рубашку.

Высокий поднял полу, открыв взору обширную сыпь.

Элим сделал еще один снимок и отправил его в Министерство здравоохранения.

– Проводите его во второй смотровой кабинет. Не прикасайтесь к нему. Не подходите близко. Не задерживайтесь в помещении. И никого не впускайте.

Доктор набрал номер Центра чрезвычайных ситуаций при Министерстве здравоохранения Кении. Когда ему ответили, доктор сказал:

– Я звоню из лечебно-диагностического центра Мандеры. У нас серьезная проблема.

Глава 2

Его избили. Это было первое, о чем он подумал, когда очнулся.

Односпальная кровать, на которой лежал очнувшийся, была застелена. Просвечивающее сквозь тонкие занавески утреннее солнце слепило глаза, высекая новые искры боли в отяжелевшей голове.

Он прикрыл глаза и отвернулся.

Через несколько секунд попробовал снова открыть их. На тумбочке стояла серебристая лампа и лежал небольшой блокнот.