Бандит

Четвертый – толстоватый увалень в цветастой рубашке и коротких, до середины икр штанах попятился с криком: «Ты чего?! Ты чего, стой, сука!» – и подвывая от страха пополз по куче щебня и камней, торопясь поскорее выбраться на волю из этой комнаты, вдруг ставшей могильным склепом для его соратников. Я не стал его догонять. Поднял с земли круглый булыжник размером с апельсин и прицелившись, метнул его в беглеца. Булыжник с глухим стуком и хрустом врезался в затылок парня, и пацан упал навзничь, дергая ногами и хрипя в последних предсмертных судорогах.

Удостоверившись, что противник мне не угрожает, я вернулся к одноглазому, который завывая стукался о стены комнаты, вероятно очумев от страха и боли и пытаясь найти выход из этой камеры пыток, и без малейших эмоций загнал ему свое импровизированное оружие прямо в сонную артерию. А потом отшагнул назад, чтобы брызгающая фонтаном кровь не залила меня с ног до головы. Когда он упал, я потянулся туда, куда покойник тянул руку, и в самом деле обнаружил ловко пришитые на изнанке рубахи узкие ножны с вложенным в них тонким, бритвенно острым ножом.

Нож тут же оказался у меня в руке, и чтобы правильно довершить начатое – я обошел лежащих на земле противников и аккуратно, чтобы не порвать одежду и не слишком ее перепачкать в крови – добил почти уже покойников. И чтобы лишнего не мучились (я же не зверь!), и чтобы не издавали лишних звуков (вдруг кто-то окажется рядом?). Ну и просто для того, чтобы якобы умерший ни с того, ни с сего не поднялся на ноги и не воткнул мне нож в мою глупую башку.

Всегда нужно удостовериться, что якобы насовсем умерший враг не «якобы», а все-таки отправился в мир иной. Слишком много я видел примеров совсем обратного.

Кстати – и сам я пример такой вот ошибки сирийских «бесов». На их месте я бы не стал подходить к умирающему противнику, тем более прекрасно зная, что такое наш, русский спецназ. Я бы прострелил башку псевдопокойника издалека, не рискуя и не подставляясь под минную ловушку.

Но это же я! А им лишь бы поглумиться над умирающим, лишь бы поскорее добраться до тела и доставить мне как можно больше страданий! Вот и получили за свои нетрадиционные поганые склонности.

Закончив свои грязные делишки, я позволил себе расслабиться, и попросту свалился рядом с трупами, сделав несколько шагов в сторону чтобы ненароком не упасть в лужу крови. И потерял сознание.

Сколько времени провалялся – не знаю.