1972. ГКЧП

Тут бы из АК шарахнуть, да полный магазин выпустить – тогда хоть можно было бы затруднить мне обзор, покрыть лобовуху сетью трещинок и сколов. А без громилы калибра 7.62 – какой, к черту, результат?

Стреляли и по колесам, но попасть в колесо движущейся машины еще та задача, и уж точно непосильная для обычных ментов. Тем более, когда на них движется четырехтонная, почти пятитонная махина. Кроме того, даже если бы и попали – у машины есть автоматическая подкачка, как на военном грузовике ЗИЛ, плюс внутреннее колесо, под покрышкой, и на этом колесе можно ехать со скоростью 160 километров в час достаточно длительное время.

Увы, этот лимузин еще не ЗИЛ-4105. Тот пробить было (Будет! Его еще не сделали!) совершенно невозможно – если нет противотанкового орудия. ЗИЛ-4105 был броневой капсулой, вокруг которой построили автомобиль. Ручная работа! Этот, насколько я помню, усилен бронелистами. Днище – бронеплита, выдерживающая взрыв пары шашек тротила, бока – бронеплиты, бронированный двигательный отсек ну и само собой – бронестекла по кругу.

Единственное место, где нет защиты – крыша. Почему там не сделали защиту – я не знаю.

Но выбора все равно нет. Вот машина, вот опасность, и нужно ее избежать. И я жму на газ!

Менты отпрыгивают как тараканы от тапка, а их патрульные москвичи разлетаются в стороны, будто от пинка эпического великана. Бах! И вот уже дорога свободна. А мы даже почти не пострадали – так, слегка хром поцарапался на углах. Фар не вижу – может и разбились, только нам на них пофиг, солнечный ясный день, какие сейчас фары?

Ну, теперь за город! С визгом покрышек разворачиваюсь, вспоминая лучший маршрут поездки, и снова жму на газ.

Хорошо, что бензобак залит «по самое не хочу», все сто двадцать литров, так что горючки нам вполне хватит – даже с расчетом на то, что это мастодонт жрет драгоценный 95-й бензин даже не в три горла, а во все триста его лошадиных глоток. Попробуй-ка, разгони эдакую-то махину, если хорошенько не лопать горючее!

А «махина» все разгонялась – легко так, мягко, как самый настоящий лимузин.

Как мой кадиллак с открытым верхом, на котором мы с Ольгой только недавно ехали по Крыму.

Ох, черт… нельзя, нельзя вспоминать о том, что сейчас в багажнике этого черного, похожего на катафалк автомобиля перекатывается и вздрагивает тело моей подруги, можно сказать невесты. Дух перехватывает, сердце стучит как молот, и хочется бежать и кого-то убивать.