1972. ГКЧП

Потом она откинулась на спину и плюхнулась на кровать, ухватившись за меня руками и глядя снизу вверх глазами, в которых иногда проскальзывала эдакая косоглазость. Бывает у женщин – когда близко смотрят. А еще – у женщин-ведьм. У них время от времени проявляется раскосость.

– Ты женишься на мне? – вдруг серьезным, эдаким грудным голосом спросила Ольга.

– Не знаю… – после паузы ответил я – Правда, не знаю.

– А чем я тебе плоха? – так же серьезно спросила подруга – Я красива. Мое тело – как у спортсменки.

Я в постели делаю все, что ты просишь, и что не просишь – тоже. И мне это нравится. Я тебя люблю, и буду любить всегда, и никогда не предам. И я хочу от тебя родить девочку.

– Почему девочку? – не думая спросил я, разглядывая темную прядку волос, прилипшую ко лбу Ольги.

– Так… хочу! – без паузы ответила Ольга – Сын уже есть, пусть будет еще девочка. Но я и сына тебе рожу, не беспокойся! Сколько хочешь детей, столько и рожу! Хоть целый батальон! Я крепкая, сильная… я смогу! Женись на мне, а? Миш… я без тебя не смогу жить! Моя жизнь только с тобой, и никак иначе! Ты не подумай – мне не деньги твои нужны, мне нужен ты! Можешь их хоть на благотворительность отдать! Мне безразлично! А вот ты не безразличен.

Женишься?

– Я же сказал – не знаю! – с ноткой раздражения ответил я, вставая с постели и направляясь в душ. От меня пахло мускусом и потом, как от жеребца после случки. Отмываться – и в путь. Сегодня тяжелый день – последний день пребывания Никсона в СССР.

Сегодня мы должны будем проехаться вместе с ним на Красную площадь, на рынок (он сам попросил), погулять по городу, в театр зайти, в музеи… Список большой, так что заранее предвкушаю, как будут гудеть ноги в конце дня, когда Никсон все-таки улетит.

Хмм… все-таки я засиделся на месте. Довольно-таки давно не тренируюсь, так что… Перед боями с Мохаммедом Али я себя так терзал тренировками, что у меня последний жир вытопился, сухой был, как палка.

А теперь точно пару кило набрал…

Не люблю я, когда на меня давят. Даже если это такой близкий мне человек. Моя женщина. Нельзя так резко подсекать мужика… он может и сорваться с крючка! Выпасть в реку и уплыть!

Впрочем – я сам виноват. Приучил ее к простым и откровенным отношениям. Говори что думаешь – и будь что будет. Отношениям между мной и ей. Это с чужими можно и нужно хитрить, умалчивать, говорить двусмысленно и осторожно.