Фронтовые будни без прикрас. Серия «Бессмертный полк»

От удовольствия она взмахивала головой и по лошадиному громко чихала: «Ф-ф-фы-ы-р-р-р!..

Во время отдыха цирковой лошади было скучновато. Смешно было наблюдать, как новобранец Колян пытался накормить Ласточку соломой. Стебли упирались ей в ноздри, и она понарошку раздувала их, фыркала и отворачивалась. Затем снова тянулась, опять же подставляя для развлечения свою голову.

Игра её, видимо, определенно, забавляла.

Я ни разу не видел, чтобы Колчин кому-либо разрешил прокатиться верхом.

– Она свое отслужила, – говаривал безапелляционно ездовой, отстаивая заслуженное право на отдых своего друга.

– Как будто фронтовые будни были тяжелее цирковых, – ворчали молодые солдатики.

Но, как бы то ни было, война войной, а любовь к Ласточке была бескомпромиссной, всеобщей и безграничной.

Солдатская любимица стала притяжением всех добрых сил на земле. Светлым образом.

Насколько я заметил, абсолютно все батарейцы хотели погладить Ласточку. Даже чуток обнять за шею и, хотя бы, на секундочку прижаться к ней.

Интересная особенность у лошади, скажу вам, вздрагивать кожей. А, может быть, ей было радостно от солдатских забав, потешно и щекотно?

Ездовой Колчин оборвал рукава разодранной фуфайки, сложил вчетверо. Суровыми нитками подшил тесемки. Получилась приличная щетка для чистки и конной бани. В свободное от боев время он с любовью обмывал водой крутые лошадиные бока, а щеткой этой обтирал до блеска.

Мы все любовались красотой Ласточки!

Упряжь, хомут, удила, вожжи всегда были у него в полном порядке. Но особую тревогу вызывали изящные тонкие ноги. Конкретнее, копыта лошади. По штату положены были подковы. Но где новые взять, если у интендантов их просто не было в наличии

– Ждите, – говорили тыловики, – найдем рано или поздно. Ничего себе, как отбрехивались.

В Ленинграде, подступы к которому мы защищали, свирепствовал жуткий голод.

Однако, солдаты тоже не жировали и никогда не случалось, чтобы наедались досыта. Каша, каша, каша в разных вариантах, почти всегда постная и без мяса. Тушенка, если была, только трофейная. Хорошо, хоть, хлеба пайку не задерживали. И ноги не протянешь и сытым не будешь.

Но, если по честному, служивые люди недоедали крепко. Постоянно приходилось рыскать по соседним батареям. Бойцы не брезговали клянчить провиант у мародёров.