Летописец

Свет вернулся, Александр прислонившись к капсуле, часто и жадно дышал.

А ведь у него некогда была цель, великая цель ради которой он и пошёл на обман природы, подтасовав гены в желании прожить сотни лет. Он хотел создать книгу, особую книгу, которая после его смерти будет напоминать миру о том, что некогда жил такой человека как Александр. По сути, в своём желании замахнулся на то, чтобы встать в один ряд с писателями прошлого, чьи мысли изложенные на бумаги прошли через века. Тщеславие всегда толкало искусство к развитию, открывая новые горизонты в познания мира, ровно как и война науку и технический прогресс.

Но пока он не создал ни одной строки, его книга так и осталась с девственно чистыми листами.

– Дворецкий? – собственный голос казался Александру тонким писком. – Дворецкий?

– Я вас слышу, – отозвался тот.

Слава Богу, пронеслось в голове мужчины, он не остался один.

– Как там?

– Угрозы для вашей жизни нет.

Александр обмяк после этих слов, он ещё проживёт какое-то время.

– Также нет опасности заражения, герметичность входа в убежище восстановлено, идёт обеззараживание, вы можете покинуть помещение.

– Хорошо, – Александр поднялся, морщась от колючей боли в икрах, надо потому будет воспользоваться медицинской капсулой, пусть сделает массаж или вколет что-нибудь.

Прихрамывая, мужчина направился к двери.

Интересно, а как остальные проводят время в подобных убежищах? В проекте «Улей» насколько он знал участвует сотни людей. А как поживают те, кто устроился в космических станциях?

Дверь плавно отошла в сторону, готовая выпустить человека.

Выше Александра на голову, его светящийся круг вместо лица состоял из сотен точек, которые переливались разными цветами. В остальном строение близко к человеку, туловище, руки с запястьями и ладонями, ноги. Внешне туловище напоминало лёгкую броню, и имело отметины от пуль. От робота слабо пахло гарью и свежей травой после дождя.

Круг засиял, переливаясь радужным цветом – Александр, – пророкотал глубокий голос, – я С-44-А, прибыл, чтобы провести процедуру вашей гибернации.

– Понятно, – выдавил из себя Александр, и на всякий случай уточнил. – Опасности ведь нет?

– Опасности нет, – отозвался Дворецкий.

Александр улыбнулся, страх спал – Не лжёшь? – шутливо спросил он.

– Я не склонен ко лжи, – казалось, в голосе Дворецкого проскользнула обида, – я машина, а не человек.