Путь

Осознаю, но не могу по полочкам разложить. Сейчас лучше, сейчас есть общее понимание – это друзья, это враги, это мои планы на будущее, а это воспоминания. А тогда все смешано: факты, люди – всё в кучу. Главное – мне было на это совершенно наплевать! Если бы я тогда понял, что умираю, то отнёсся бы спокойно. Вот как. Почему так, кстати?

– Понимаете, – подбирал слова Алекс, пытаясь успокоить возбуждённого хозяина дома, – просто левое полушарие отвечает за логику, структуру, детали. И когда оно вышло из строя, то вы лишились внутреннего каталога, где хранятся многие понятийные вещи.

По сути, из ваших действий исчезли логика и упорядоченность, поэтому вы как бы смотрели на мир в целом, но не могли описать его понятийно.

– Смотрел на всё в целом, да, – подтвердил Аттал, сбавляя тон. – Сейчас уже лучше, намного! Хотя тоже есть проблемы. Я тут попробовал прочитать письмо, что написала Луиза, – он заговорил доверительным шепотом. – Послушай, Саня, я буквы некоторые не узнаю. Вижу букву, знаю, что знаю её, но не узнаю, а?

– Ну, что могу сказать, Аттал Иванович? Небольшая алексия.

Пройдет, не переживайте.

– Пройдет, не переживайте, – недовольно проворчал хозяин. – Скорей бы уж. Когда в голову ударило – тогда, у Морозини – я вообще. У него надпись на стене. Сто раз её видел. А тогда лежал, глядел и не мог прочитать. Какие-то черточки, значки, ничего не понятно. Страшно было, – вспоминал Аттал, противореча самому себе.

– Да уж, – как мог, поддержал разговор Алекс.

– Голова болела, болела.

Как в… э-э-э… в колокол били. Хорошо, хоть та девочка шторы закрыла. Свет резал эти, как они, блять! Как они? Но! Глаза. Чуть не помер, ей богу! Главное, не мог мысли в кучу собрать. Никаких планов или там воспоминаний. Комар мне говорил, говорил, а я не понимал. Ничего не понимал, Саша, – глубоко вздохнул хозяин и замолчал. – И сейчас такое бывает. Но уже редко. Спасибо тебе, Сан Доктор.

– Да не за что, Аттал Иванович, всегда рад вам помочь, – учтиво и уважительно отозвался Алекс.

 – А что дальше было, помните?

– Что дальше было? Помню. Хуже стало. Когда в… Э-э-э… В мобиле ехали. Отключаться стал. Они что-то говорили. А я ни черта не соображал. Только видел на их лице эти… как их? Когда ощущают.

– Чувства?

– Да. Нет. Почти. Эти, как их…

– Эмоции?

– Да, эмоции. По лицам понимал, о чём они говорят. Или что думают. Но слов уже не разбирал. Комару спасибо. Очень заботился обо мне. Он как приедет, отблагодарю его.