Одаренный. Первые шаги

И вот каковы были наши шансы выследить его?  По мне, так минимальные. Но именно в тот день, в районе одиннадцати часов вечера, из бара «Небеса» вышел похожий экземпляр. Он вывалился из увеселительного заведения в обнимку с пьяной девицей. И его спутница непрестанно хохотала тем смехом, что был похож на перезвон колокольчиков.

Я первым увидел парочку и тут же выдохнул, ткнув пальцем в окно:

– Вон он!

– Тыкать пальцем – некультурно, – сухо заметила эльфийка и взволнованно добавила, глядя на дуэт, двинувшийся к блестящей, чёрной Ауди А6: – Парень вроде похож на того с фоторобота.

– Ага. И девка полукровка, – согласился я и вдруг ощутил дрожь. Она пробежала по моему телу и отдалась покалыванием в пальцах. – Ленка, мы обязаны проследить за ними!

– Да я и не против, – произнесла девушка, изумлённо глядя на то, как у меня подрагивают руки, и даже забыла напомнить, что она не Ленка.

– Вот и ладушки! – выпалил я и рванул к входной двери.

Ну не объяснять же эльфийке то, что у меня есть некая способность, которую я называю «шестое чувство»? Эта способность порой подсказывала, как мне поступить с выгодой для себя.

И работала она независимо от моего желания.  Да, звучит весьма странно. Но эта «чуйка» у меня действительно имелась, и я привык доверять ей. Правда, пути шестого чувства были ещё более неисповедимы, чем господни, и они всё больше вели окольными путями через огороды. Да и откуда у меня появилась эта способность – я тоже не знал. Но я точно знал, когда она пробудилась. В ту самую злосчастную ночь, ставшую роковой для моих родителей…

Тем временем я выбежал из квартиры в тёмный подъезд, где попахивало мочой, и начал прыгать вниз по лестнице.

Квартира находилась на втором этаже, так что путь по ступенькам не занял у меня много времени. Уже через пару десятков секунд я вылетел на немноголюдную улицу. А спустя ещё несколько мгновений из подъезда следом за мной выметнулась злая эльфийка. Она яростно протараторила, глядя на свой палец, заимевший небольшую кровоточащую царапину:

– Проклятые перила! Я бы выразилась покрепче, но воспитание не позволяет.

Явно косорукие гномы делали!

– Ого какая рана! – притворно ужаснулся я. – Я бы на твоем месте уже писал завещание.

– Ты один из самых противных разумных, которых я знаю. Колючий, ехидный. На ежа похож.

– Спасибо. После таких слов сразу на душе как-то приятнее стало, – усмехаясь, выпалил я и поспешно сел за руль припаркованной возле бордюра лады девяносто девятой модели.