Эрхегорд. Забытые руины

Именно тогда Горсинг услышал то немногое, что красные знали об Авендилле. Получалось, что его судьба напрямую связана с вырождением Лаэрнора. В Целинделе и раньше об этом говорили. Оба города изменились в одно время, но такое совпадение было единственным известным доказательством их связи.

По словам Гийюда, все началось двадцать лет назад, когда выродилась Пластина молодости – лигур, принадлежавший Суалану из рода Аниона и помещенный на дно Гусиного озера. Пластина делала воду целебной, окунуться в озеро собирались со всех Восточных Земель – приезжие, конечно, не подозревали, что однажды лигур сделает их черноитами, вынужденными жить в Лаэрноре и каждый день омываться лигурной водой.

Черноиты, увезенные из здравного городка, умирали мучительной смертью – у них разбухали суставы, выпадали ногти и зубы, кожа иссыхала, покрывалась черными язвами, а глаза изгнивали в глазницах.

Шуму тогда было много, ведь пострадали прежде всего наследницы богатых родов. Вырождением Лаэрнора заинтересовались не только эльгинцы.

Однако даже кромешники так ничего и не смогли сделать. Или не захотели.

Родная сестра Суалана была женой книжника Нитоса из рода Мелендарна. Она обратилась к мужу, надеясь, что он поможет спасти ее брата, да и весь род Аниона, уже не раз попадавший в ойгурную немилость, а теперь обреченный на окончательное разорение.

– Нитос поначалу отказал жене. Сказал, что Лаэрнором занимаются кромешники, а перечить им опасно даже для книжника. Прошло четыре года, прежде чем он наконец заинтересовался Пластиной молодости.

К тому времени эльгинцы отступились от нее. Не знаю, хотел ли Нитос выручить Суалана и его родственников, которые сменили богатые дома на каторжные норы Роктана, или только надеялся изучить очередной изменившийся лигур, это не так важно.

Горсинг старался не смотреть на Гийюда – за все эти дни он так и не привык к его жутким выпученным глазам, упрятанным в раствор окуляра.

– О том, что происходило дальше, известно немного. Тут больше слухов и домыслов.

Из слов Гийюда получалось, что Нитос с женой переехали в Авендилл. Этот город ближе остальных располагался к Лаэрнорскому лесу. Купили здесь дом, чтобы не привлекать лишнего внимания, – книжнику, вдруг заселившемуся на постоялый двор, было бы трудно скрывать свои занятия. Именно в этом, теперь опустевшем, доме Гийюд, едва оказавшись в Авендилле, распорядился разбить лагерь магульдинцев.

Обосновавшись в городе, Нитос обратился к наместнику.