Одаренный. Второй шаг

И кого только среди них не было: орки, гномы, люди, эльф, полукровки, чернокожие, арабы, индусы, азиаты, готы, панки, эмо и представители прочих субкультур! Но вот неродовитых среди них почти не было. В основном тут собрались разумные с благородной кровью.

Мысленное упоминание крови всколыхнуло в моей памяти историю родителей. Кто из них дал мне грязную кровь? Отец или мать? Хм, матушка никогда не отличалась особым предвидением, которое дарует шестое чувство. Следовательно, остаётся лишь биологический отец.

Но Проф говорил, что у детей монстров от обычных разумных не бывает способностей. Хотя он сам же потом в баре допустил мысль, что я могу быть внуком вампира.

В общем, ничего не понятно, кроме того, что мои способности помогают мне валить самых разных чудовищ. Мы с охотниками только в прошлом месяце запинали в Подольске какую-то неизвестную тварь, похожую на разъярённую Листу. Шучу-шучу, не такая она была страшная и грозная. Но всё равно нелюдь чуть не угробила нас.

У нее оказался чрезвычайно опасный метровый, тонкий-тонкий язык с присосками. Последние оставляли на теле отвратительного вида язвы. А поначалу эта нечисть прикидывалась юной девочкой-нимфеточкой. Это уже потом она превратилась в чудовище. И не как большинство женщин после свадьбы, а буквально по щелчку пальцев.

Короче, Профессор так и не понял, что это была за тварь, которая под конец боя умудрилась серьёзно ранить Бульдога. И тот до сих пор восстанавливался, хотя прошёл уже месяц.

Он тогда чуть кровью не изошёл.

Кстати, кровь… опять кровь. Я так и не пил её с тех самых пор, как убил оборотней, атаковавших сгоревшую квартиру Валерона. А ведь моё восемнадцатилетие не за годами. Но при охотниках так просто кровушку не полакаешь. Да и в последний месяц тишина – ни одной охоты. Поэтому я буквально возликовал, когда несколько дней назад нарисовалось новое дело. Надо было помочь старому товарищу Валерона, который жил в Питере. Ему нужны были охотники, чтобы навести знатную суету среди выводка вампиров.

И поначалу мы планировали вчетвером поехать в Северную столицу, но вчера Бульдог извиняющимся тоном сообщил, что мне придётся ехать лишь с Испанцем. У Валерона и у Профессора не получалось отправиться с нами. А Бульдог и не должен был ехать в Питер. Это резко поднимало мои шансы на новую порцию крови. Поэтому я сейчас весь содрогался от предвкушения, ожидая, когда же наступит завтрашнее утро.