Император из провинции 2

Вскоре мы вышли к центральной улице, где друг неожиданно произнёс, глянув на здание мэрии с классовой враждой в глазах:

– Роб, вот ты согласен, что правительство – это вполне реальные вампиры, которые высасывают из народа последнюю кровь?

– Тут с тобой не посмотришь, да и не хочется спорить, – охотно согласился я, потерев подбородок. – У нас много ветвей власти и всё они живут припеваючи в отличие от народа.

– Перевешать бы их всех на этих ветвях, – зло процедил Петя, яростно запыхтев. – Вот, например, мэр мог бы сделать электроэнергию дешевле, ведь станция-то принадлежит ему, а хрен там был – платим, как и в большом городе.

– А зачем ему это делать? Он сейчас насосётся и заграницу отвалит, – пробурчал я. – Таким, как он, плевать на то, что у большинства грязьгородцев даже нет денег на зубные щётки. Вон ежами зубы чистят.

Парень непроизвольно улыбнулся, оценив моё сравнение, а потом его вниманием завладела привлекательная девушка, идущая нам навстречу. Он начал широко лыбиться, глядя на неё, а я посмотрел в сторону кафе и заметил полицейский «бобик», который говорил о том, что сержант Козлов уже был на месте.

Через несколько метров мы разминулись с красавицей, которая одарила Петю надменным хмыком, а потом вошли внутрь «Справедливости» и обнаружили дядю Колю за чашкой чая. Он сидел за угловым столиком и тревожно смотрел в окно. Больше никого в кафе не было.

Увидев нас, полицейский радостно поздоровался, а затем быстро выдохнул, сверкая глазами и попахивая кислым потом:

– До меня дошли слухи, что вы вчера были свидетелями одного очень неприятного инцидента.

Я покосился на Петю, который подозвал официантку и стал делать заказ, показывая всем своим видом, что предоставляет мне возможность говорить – вот какую я версию расскажу, такую он и поддержит. Меня подобный подход устраивал, поэтому я поведал Козлову то, что произошло на самом деле, утаив лишь часть разговора с батюшкой, а именно – всё то, что касалось моего деда.

Тот молча выслушал мой монолог, поглядывая на Петю, который согласно кивал и хлебал окрошку, а затем задумчиво проговорил:

– А почему об отце Леонтии тем полицейским ничего не сказали?

– А что бы это изменило? – бросил я, тоже принявшись за поздний завтрак. – Да и есть у меня подозрения, что они бы не разыскали его для дачи показаний.

– Почему ты так думаешь? – удивился сержант, залпом допив чай и поставив пустой бокал рядом с форменной фуражкой.