Игра наяву

Он привычным движением открыл ее и спросил у меня:

– Будешь?

– Нет, – быстро ответил я, отрицательно покачав головой.

Перевернув вверх дном жестяную кружку, я посмотрел на друга. Он сидел рядом на таком же, как у меня, стуле с высокой спинкой. Кос был широкоплечим русоволосым парнем с открытой улыбкой и мужественным лицом с тяжелым подбородком. Он любил женщин, не прочь был выпить и подраться. Звезд с неба не хватал, предпочитая уверенность в завтрашнем дне и службу в охранке.

– Ну, как знаешь, – усмехнулся Константин и набулькал только себе, поставив бутылку на стол, отполированный частыми прикосновениями.

Парень, затянутый в свободную военную форму, расстёгнутую на груди, выпил, закусил вареной картошкой и снова принялся пялиться на полуголых девиц, обихаживающих клиентов борделя «Райская норка», который славился своими «грязнулями» – так теперь я называл проституток, поближе познакомившись с одной из них.

Кос толкнул меня в плечо и, восторженно вытаращив глаза, выдохнул:

– Ты гляди, какие сиськи вон у той новенькой.

Я посмотрел на девицу, которая так впечатлила друга, и мысленно согласился с его оценкой ее прелестей. Действительно, молочные железы грязнули были почти такого же размера, как рыжая голова пироманта, на коленях которого она сидела.

– Кос, слушай, а чего здесь трется Яро? Он же из Корпуса. Зарплата ему позволяет зависать в самых лучших борделях. Девочки, конечно, у нас хорошие, но они и рядом не валялись с элитными прости… грязнулями.

Парень осклабился краем рта и заплетающимся языком проговорил:

– Макс, проститутки они, проститутки. Что бы тебе там ни говорила Этель, они проститутки, а никакие не грязнули. Зачем ты, вообще, с ней связался?

– Она моя соседка, – напомнил я, хмуро глянув в окно.

Лучи заходящего солнца едва добирались до земли, теряясь в нагромождении мостков, которые соединяли тесно стоящие друг к другу многоэтажные дома, собранные из бетонных блоков, кирпичей, досок и металлических листов.

Кос раздраженно фыркнул:

– Ну, и на хрен тебе такая соседка? Давай я лучше тебя к нам во внешнюю охранку попробую устроить, мигом жилье получше снимешь, где рядом не будут жить всякие проститутки.

– Не, на Совет я работать не хочу, – в который уже раз отказался я от предложения друга. – Душа требует свободы.

– Да ты не ерепенься, – пьяно проворчал он. – На город работать будешь, на его жителей, а не на Совет.