Разбудить цербера

Словно кто-то стоял за спиной и говорил ласкающие слух слова о странах за горизонтом, о великих океанах, метущихся на бирюзовом просторе. Но на самом деле Анри был тем самым океаном. Безбрежным. Неуемным. Ветер поднимал соленые воды, и жемчужная волна ударяла о берег. Фарме почудилось на мгновение, что вся его жизни – волны. Он пытается выйти за пределы самого себя. Теперь нет сомнений. Анри – океан. И вдруг вспыхнула в сознании очевидная мысль: «Габриель Санчес не думает о своих книгах. Он просто их пишет с холодной настойчивостью.

Элен ушла, сказав, что через полчаса она ждет его к завтраку. Он набрал номер.

– Здравствуйте, Йозеф.

– Господин Фарме? Приятно, очень приятно. Не ожидал, что вы так скоро позвоните.

– Да, Йозеф. Хотел с вами поделиться. – И Анри решил соврать: – я перечитал «Открытый путь».

– И?

– Ничего не нашел, кроме Христа, точнее он вынесен за пределы книги.

– Вот видите.

– Мне это ни о чем не говорит, но я звоню по другому поводу. Я еще больше заинтересовался господином Санчесом, и вспомнил, что не знаю его биографии.

– Удивительно, но в нашу информационную эру о нем мало сведений. А знаете что, господин Фарме, встретимся в выходные? Вы как?

– Не возражаю.

– В узком семейном кругу. – Фарме представил, как Йозеф улыбается на том конце.

– Ваши предложения?

– Пусть это будет альпийский горнолыжный курорт.

– Конечно.

– Я позже перезвоню и сообщу подробности.

– Передаю себя в ваше полное распоряжение, и буду ждать звонка.

И через два дня Йозеф перезвонил и разрекламировал Церматт:

– Отличный курортный город в Швейцарии у подножья пика Маттерхорн. Снег круглый год. Великолепная природа. Холодное молчание горных склонов и теплый прием туристическая фирма гарантирует. Кстати говоря, Церматт – консервативное место, в том смысле, что они ревностно хранят традиции – никаких двигателей внутреннего сгорания, никаких выбросов в окружающую среду, только электромобили и конные экипажи.

– Да-да, помню. Фешенебельный большой курорт. Правда, современный, там целый город, я слышал.

– Сразу видно, вы давно не бывали. А я видел, что Церматт восстановил свою историческую часть, когда он был обычной альпийской деревней.