Семейные разборки

Все-таки, оборотень обязан чувствовать представителей другого мира.

– Ребята, мы здесь тоже по делу, – примирительно поднял я вверх ладони. – И ваш Зов на нас никак не действует. Поэтому занимайте очередь и ждите пока хозяин освободится.

«Бычок» как-то странно дернулся, видимо, порываясь что-то сказать, но был остановлен жестом своего спутника.

– Я думал, что это приличное место, – проронил «лысый», обращаясь к Мосе. – Очень жаль, что я ошибся.

– Эй, братишка, – Мироха говорил расслабленно, что обычно сильно настораживало знающих моего друга хотя бы чуть-чуть.

 – Все правильно, ты ошибся, поэтому закрой дверь с той стороны и дай взрослым дядям закончить разговор.

Я видел, что мой друг полностью готов к самым активным действиям, и тоже напрягся, понимая, что драка с двумя вампирами ничем хорошим для нас закончиться не может. С одной стороны, Мирон просто не понимает, на кого он нарывается.

А с другой, не мы такие – жизнь такая. Мы живем в жестоком мире, где проявить слабость зачастую означает дать повод вытереть об тебя ноги еще раз.

Поэтому спуска хамам давать нельзя, по крайней мере показывая, что мы не мальчики для битья.

«Бычок» что-то фыркнул, разминая шею, а «лысый» открыл рот для очередной реплики, но ситуацию разрядил Мося, вероятно, мгновенно просчитавший возможные убытки для заведения.

– Мирон, друг мой! – кинулся он к моему напарнику. – Я передумал! Прекрасный набор! Просто шикарное качество! Беру за пятьдесят! Вот, держи!

Он отсчитал деньги моему другу, который моментально забыл про свое желание набить кому-то морду и радостно потряс в воздухе купюрами.

Кровососы молча стояли на пороге, наблюдая эту картину и никак не демонстрируя свое отношение к происходящему.

– Андрей, дорогой мой! – Мося прижал руки к груди и глянул на меня таким умоляющим взглядом, что я понял все его желания. – Был очень рад встретиться с вами сегодня, друзья! Обязательно приходите еще!

Я покивал в ответ хозяину аптеки и за локоть потащил Мирона в сторону выхода.

Надо отметить, что вампиры оказались сообразительными, поэтому вежливо уступили нам дорогу и не стали пытаться требовать «окончательной сатисфакции».

Опомнился мой друг только тогда, когда я уже погрузил его за руль машины и захлопнул дверцу.

– Э, Андрюха, ты чего? – завопил он, к счастью, не делая попыток выбраться наружу. – Они первые хамить начали!

Я молча обошёл машину, забрался на пассажирское сидение и только потом посмотрел на напарника.