Семейные разборки

– Покорнейше прошу простить мне мою нескромность, – внезапно обратился Никодим к Мирону. – А как вас по батюшке величать?

– Э-э, Мирон Александрович, – пришел немного в замешательство от неожиданного вопроса мой напарник.

– Передавайте низкий поклон папеньке, – склонил голову набок домовой. – За то, что наградил вас таким редким и таким красивым именем. Чувствуется, большой интеллигенции человек.

– Да ладно, чего уж там, – покраснел Мирон. – Мне и самому мое имя нравится…

Но Никодим уже исчез, и продолжал обмен комплиментами уже было не с кем.

Встречавший нас старший смены вопросительно посмотрел на полковника.

– Во сколько убыл Мерзликин? – Тон Эдика был мрачным, и это начинало нравиться мне все меньше и меньше.

– В четыре часа десять минут, такси фирмы Маршал, государственный номер…

– Наблюдение за машиной? – Перебил его Эдик.

– Так команды не было, – развел руками старший. – Да и некем, собственно, было его организовывать.

Он как-то жалобно посмотрел на нас и повторил.

– Команды же не было.

– Благодарю за службу, капитан, – оборвал его оправдания полковник. – Запишите мне номер такси и продолжайте службу.

Выйдя на улицу, мы синхронно закурили.

– Ну и зачем ты нас сюда притащил? – поинтересовался я у Эдика. – Демонстрация того, как вы облажались?

– Я могу вычислить куда поехало такси, но разбираться с Мерзким вам придется самостоятельно, – неожиданно жестким тоном ответил полковник и предупреждая возмущенные крики Мирона добавил:

– Во-первых, вы знаете, с чем вам предстоит столкнуться.

Во-вторых, никто, кроме вас, не поймет, под контролем Максим или действует осознанно. Ну и в-третьих, государственная машина будет слишком долго раскачиваться.

– Андрюха, давай его Мосе на сырье для эликсиров сдадим, – задушевным голосом предложил мне Мирон. – В Москве полковников, как собак не резанных, а от этого один вред.

Я молчал, понимая, что Эдик в очередной раз не договаривает и ему выгодно наше с Мироном участие во всей этой истории.

Если бы не Мерзкий, то я бы прямо сейчас послал его далеко и подальше, но Эдик знал, что ради друга мы готовы залезть в самую глубокую клоаку. Более того, я подозревал, что нечто подобное он просчитал сразу же, как только ночью по моей подсказке ему позвонил Максим.

– Ты говорил, что подозреваешь Нину в серии убийств? – у Мирохи при моих словах натуральным образом отвисла челюсть, и я понял, что жизнь полковника действительно начинает висеть на волоске.