Семейные разборки

Если уж он его отговорить не смог, то чего теперь?

Я не знал, что ему ответить. Меня раздражало упрямство Максима, равнодушие Эдика. Сейчас я был готов своими руками запихать Нину в машину этого Кантариила, но понимал, что не все в этом мире зависит от меня.

Девчонки, естественно, очень сильно удивились нашему внешнему виду, и байка про случайного пьяницу у ночного магазина показалась им не очень убедительной. Светка заметила мое возбужденное состояние, но быстро поняла, что я не настроен разговаривать.

Мы приняли душ, закинули в стирку грязную одежду, еще раз перевязали руку Мирона и разошлись по комнатам спать.

– Андрюха, выдохни, – сказал мне напоследок напарник. – Чему быть – того не миновать. Мерзкий сам сделал свой выбор.

Я не стал ничего отвечать, только вздохнул и отправился в спальню. Светка попыталась было расспросить меня немного о произошедшем, но я успокоил ее поцелуями и обещаниями рассказать все завтра.

Квартира погрузилась в тишину, но Морфей меня упорно игнорировал.

Вжикнул телефон, оповещая о пришедшем сообщении. «Андрей, не обижайся. Я не мог бросить ее на улице. Давай завтра поговорим об этом спокойно».

Прочитанный текст как-то примирил меня с действительностью, я выдохнул и решил, что до утра осталось не так уж и много времени. Укрылся одеялом поосновательнее, поцеловал Светку и закрыл глаза.

Но уснуть я так и не успел. На тумбочке зажужжал мобильный телефон. Номер был незнакомый. Чертыхнувшись, я, чтобы не разбудить Светку, выскользнул из комнаты на кухню и уже там, стоя у окна, нажал клавишу приема.

– Слушаю вас!

– Доброй ночи, Андрей Александрович! – Голос в трубке почему-то напомнил главного героя из фильма «Крестный отец». Хрипловатый, неторопливый и с легкими оттенками превосходства.

Не знаю, действительно у моего собеседника была такая манера разговаривать или он специально для меня старался, но я улыбнулся.

– Вообще-то не самое лучшее время для светских бесед, – ответил я, параллельно прикидывая, что на себя накинуть, чтобы выйти из квартиры покурить. Не в трусах же в самом деле на общий балкон идти.

– Мне очень неудобно беспокоить вас в столь неурочный час, – проговорил мой собеседник. – Но мой подчиненный только что доложил мне, что видел мою дочь в вашем обществе.