Люмпен

Надо будет потом поинтересоваться, может быть у Знати так принято? Хотя, если верить фильмам, которые я смотрел, то отец сейчас должен собрать всех своих родственников и произнести какую-нибудь пафосную речь, наподобие «Мне нанесена кровная обида, поэтому я обязан отомстить!»

Однако, здание Управления никто штурмовать не собирался, а задержанный спокойно сидел в допросной. Если бы не караул из числа спецназовцев в полном облачении возле дверей, то можно было бы подумать, что ничего экстраординарного сегодня и не произошло.

Но совещание, на которое собрал нас Веденеев, показало всю серьезность сложившейся ситуации.

– Все шестеро погибших на площади принадлежат к Знати, – суровым взглядом пробежался по нашим лицам начальник отдела. – Двое из них – дети господина Семицветова, Юля и Павел, остальные – их сокурсники по университету. У нас в допросной сидит Роман Сечкин, сын того самого Сечкина.

– Да ладно, – не выдержал Зуич. – И до сих пор адвокаты не прискакали? Они что, пока не знают, что он задержан?

– В курсе, – вздохнул Веденеев.

 – Но я и сам до конца не понимаю, что происходит. Мне звонил начальник управления и просил не пороть горячку. У нас приказ провести тщательное расследование, однако отсутствие армии заступников мне тоже не нравится. Плюс еще этот Сечкин сидит в допросной с таким видом, как будто подвиг совершил и ему вот-вот должны медаль от Президента принести.

– Вечно у этой Знати всё через одно место, – пробурчал Столетов. – Не могли разборку где-нибудь за городом устроить? Замучаемся теперь бумагу портить, пока с этими придурками разберемся, а у меня еще шесть дел в производстве.

– А вы записи с камер видеонаблюдения видели? – встрял в разговор Пельмень. – Там вообще ничего непонятно. Стоят, разговаривают. Потом девчонка падает, а следом начинают взлетать и падать все остальные. Причем некоторые по несколько раз. Но на видео нельзя точно разобрать, кто и что делает. Сечкин вообще, такое ощущение, что просто наблюдал со стороны за происходящим… Кто начал конфликт, из-за чего? Ничего непонятно!

– Насколько же просто с обычными преступниками, – вставил реплику кто-то из ребят.

 – Этот достал пистолет, а этот не достал. Все понятно, этот плохой, а этот хороший.

– А ну тихо все! – легонько хлопнул по столу Веденеев. – Что вы разгалделись, как на рынке! Что говорит подозреваемый?

– Ничего не говорит, – пожал плечами Зорин. – Утверждает, что сдался нам, потому что опасается за свою жизнь.