Пакаль. Война или мир

– Шибальбы? – изумлённо повторил Ах-Яшун, – А зачем он здесь?

«Много будешь знать – скоро состаришься», – хотел сказать Павел, но сдержался.

А мальчик уже подскочил к странному посланнику ближе. Присел на корточки, осторожно протянул к существу руку. Посланец стремительно обхватил палец мальчишки маленькими ручонками и принялся что-то щебетать на непонятном языке.

– Что он говорит? – обернулся Ах-Яшун к Павлу.

– С каким заданием ты пришёл к правителю К’инич-Ханаабу? – строго перебил его рогжок.

– Прости, владыка Ах То-Киль, да живёшь ты не одно двадцатилетие, – виновато отозвался мальчик, так стремительно вскочив на ноги, что посланник Шибальбы метнулся в тень, испуганно заверещав.

– Правительница Иш Цак попросила позвать правителя К’инич-Ханааба, – запинаясь, произнёс Ах-Яшун.

– А почему она послала именно тебя? – подозрительно спросил Верховный Жрец.

– Правительница Иш Цак ждала владыку К’инич-Ханааба в учебной комнате, а я просто… вызвался… привести его.

Мальчишка мечтательно уставился на притаившегося в тени маленького крылатого посланца.

– А можно его покормить? – внезапно спросил он.

Плохо скрываемая досада исказила лицо Верховного Жреца до неузнаваемости. Мелькнули странные треугольные зубы в полуоткрытом рту. На мгновение Павлу показалось, что его друг из потаённой страны Шибальбы совершенно не относится к человеческой расе.

Но тогда, кто же он был?

– Наши планы, владыка К’инич-Ханааб изменились, – проскрежетал неожиданно металлический голос рогжока, – Я вынужден отправиться пока один.

– Ты не че…

Ах То-Киль гневно сверкнул глазами, не давая возможности сорваться напрашивающийся вопрос.

– Всему своё время, – проговорил он.

Жрец звонко щелкнул пальцами, подзывая странное существо. Кожистые крылья судорожно взмахнули, поднимая крохотное тельце в воздух. Существо осторожно опустилось на плечо Ах То-Киля и принялось оживлённо что-то наговаривать ему прямо в ухо.

Верховный Жрец величественно поклонился. Существо неожиданно видоизменилось.

Павел растерянно смотрел на удаляющегося Ах То-Киля, лихорадочно пытаясь что-то вспомнить.

– Владыка К’инич-Ханааб, – напомнил о себе Ах-Яшун, – правительница Иш Цак ждёт тебя.

– Хорошо.