Кровь алая

Именно эту нефть воровали и делали из неё в Гудермесском районе солярку и бензин. Дудаев и Арсанов терпели огромные убытки.

Нефтяной бизнес давал огромный доход Гайсаханову: затраты на солярку сварганенную из похищенной нефти составляли доллар за тонну, а в Прибалтике эта тонна солярки стоила уже сто пятьдесят долларов. И эти деньги шли Гайсаханову в обход карманов Лечи Дудаева и Вахи Арсанова. Именно этого ему простить не могли.

Но к удивлению многих, Султан быстро поднялся, став в 1993 году министром МВД Ичкерии.

Говорили, что причиной столь бурного карьерного роста стал тот факт, что были они родственники с Джохаром Дудаевым. Оба родом из тейпа ялхорой[22 - Тейп – родоплеменное образование в Чечне.]. Однако, родовые связи здесь никакой роли не играли. Гайсаханову тайно помог Шамиль Басаев, с которым у Султана были экономические интересы. Героин был первоосновой их дружбы.

У Шамиля в Курчалоевском, Гудермесском и Ножайюртовском районах были плантации опийного мака. Охрану этих плантаций и осуществлял Султан Гайсаханов.

В Грозном на улице Тургенева, в бывшей школе № 40, у Басаева находился завод по производству героина. Другой такой завод около села Ведено, на бывшей базе отдыха энергетиков.

Однако дальше героин нужно продавать в Россию, и тут опять Басаеву никак не обойтись без Гайсаханова, у которого обширные связи с криминалом в Москве, Питере и многих городах Поволжья.

В 1995 году Гайсаханов был уличён в связях с ФСБ и лишён поста министра МВД Ичкерии, но уйдя в тень он, остался влиятельным человеком.

Басаев объявил собравшимся, что в связи с гибелью Джохара Дудаева, он решил занять пост президента Ичкерии и просил поддержки у всех собравшихся, но в то же время, заметил, что всё сказанное здесь, должно остаться в тайне. Басаев рассчитывал, что, по крайней мере, неделю о его планах никто не узнает, однако напрасно. Лечи Исравилов, едва отъехал от Энгель Юрта, связался по спутниковому телефону с Али Нудаевым по кличке «Хоза», который в Москве был лидером их криминальной группировки, а ныне стал главой внешней разведки Ичкерии.

Хоза ещё в конце семидесятых годов в Москве, учась в МГУ, грабил иностранных студентов, промышлявших фарцовкой. За это он и получил первый срок – восемь лет. Вернувшись в Москву, в конце восьмидесятых, он организовал банду из чеченцев, куда и вошёл Борода. Банда занялась модным в то время рэкетом. Криминальная группировка базировалась в ресторане «Лазань», за что и получила прозвище «лазановские».