Хроники кровавого века 3: война великая

– В каком полку служишь казак? – спросил есаул, достав из кармана кителя портсигар, и закурил папиросу.

– В четвёртом Уральском казачьем полку, – стоя по стойке «смирно», докладывал Андрей. Хоть они из одной станицы, но Колотов все, же начальство.

– Можешь не тянуться, здесь нас никто из господ офицеров не видит, – улыбнулся тот. Есаул затянулся папиросой: – Есть ещё в полку кто из чагановских?

– Фёдор Басов и Николай Девяткин в первой сотне служат, – Андрей слегка расслабился

– Митька Краснов, брательник мой двоюрный, опять в десятый полк угодил, – Колотов щелчком выкинул окурок.

Проследив его полёт, спросил: – Ну а твои братья, где служат?

– Прохор после ранения списан со службы подчистую. С младшим братом, Фёдором, мы в один день призвались, но куда он попал, пока не знаю.

– А я можно сказать с корабля на бал угодил, – Колотов достал носовой платок, снял фуражку и вытер пот со лба, солнце стало сильно припекать: – Только в академии Генерального штаба отучился, и началась война. Прибыл в дивизию, а генерал Кауфман отправил меня командовать школой подхорунжих[16 - Подхорунжий – офицерский чин в казачьих войсках, приравненный к званию прапорщик в пехоте и артиллерии.

Звание подхорунжего, так же как и чин прапорщика, присваивалось только в военное время, не кадровым офицерам. Следующее звание: хорунжий в казачьих войсках, подпоручик в артиллерии или пехоте, и корнет в кавалерии, присваивались через год, либо ранее, по представлению командира полка.]. Кауфман считает, что война будет долгой и кровопролитной, потому возникнет нехватка офицеров.

– Не хотелось бы такой войны, – вздохнул Андрей.

– Ну, нас не спросят, – усмехнулся Колотов. Он хлопнул себя по лбу: – Слушай Андрей, ты же институт закончил!

– Так точно, – кивнул тот, – политехнический в Санкт-Петербурге.

– Тебе образованному, сам Бог велел офицером быть! – рассмеялся Колотов. Он хлопнул Андрея по плечу: – Я тебя из полка в свою школу отзову.

– А в газетах пишут, война недолгой будет, и мы скоро победим.

– Вот от этих газетчиков все беды! – воскликнул Колотов. – В Петербуге все газеты трубят: «Мы победим! Государь вышел из Зимнего дворца, и народ бросился к нему, руки целовать. Да здравствует Государь!»

Колотов сплюнул:

– Забыли как сами же его девять лет назад «царём – кровопийцей» окрестили. Всему виной газетчики! В пятом году, они народ смущали своими статейками и революция случилась. Сейчас эти шелкопёры верноподданными патриотами стали.