Криминальные хроники уездного города

Она отличается от стремительного темпа мегаполисов. В Москве или Питере можно не знать своего соседа по лестничной площадке, кто он и чем занимается, а в провинции дело обстоит по-другому. Здесь про тебя известно всё. Плохо это или хорошо сказать не берусь, но чувствуешь себя легко и спокойно когда шагаешь по улицам родного городка. Здоровается с тобой бабка, торгующая солёными огурцами и цветами около автобусной остановки, а спустя пять минут, останавливает помятая личность, и бурно выражая радость от встречи, «стреляет» у тебя сто рублей до завтра.

Только спустя полчаса ты вспоминаешь, что бабка с остановки, лучшая подруга твоей тётки. Видел ты её двадцать лет назад, когда был тринадцатилетним пацаном, а вот узнала она тебя, а помятый субъект, что выклянчил у тебя сто рублей – Валерка Еркин, бывший водящий всей уличной шпаны на улице твоего детства.

И млеешь ты от счастья, что помнят тебя здесь, а Валерка тем временем побежал к самодельному столику, вкопанному в землю, во дворе двух пятиэтажек. Там его дожидается Ванька Крест – шестидесятилетний уголовник, почитаемый всеми местными алкашами за «смотрящего».

С Крестом были два его неизменных компаньона: Седой и Хала, такие же «засиженные» субъекты. Валерка лет на пятнадцать моложе, да и авторитетом среди порядочных бродяг[1 - Порядочный бродяга – уголовник, придерживающийся старых воровских традиций.] не пользуется, так как первый срок сидел по «лохматой статье», то есть за изнасилование.

– У Слонихи взял, – сообщил Валерка, выставив на стол бутылку самогонки.

– Ну что, бухло, есть, бонзуха[2 - Бонзуха – (криминальный жаргон) компания.] в сборе, приступим, – провозгласил Крест, откупоривая бутылку самогона.

Изрядно помятый квартет, влив в себя вонючее пойло, крякая, закурил, так как иной закуски, кроме сигарет у них не было.

– Гля Мутный, Надька твоя идёт! – кивнул Седой в сторону ближайшего подъезда.

Туда как раз подошла Надя Курянина.

– Девка самый сок, – Хала вперил свои «масляные» глазки в стройную фигуру девочки, – буфера сквозь майку так и прут.

Надя была дочкой сожительницы Валерки Еркина, и по-пьяному делу, он частенько доказывал, что Верка родила её от него. Сальные замечания Халы были не по душе Еркину, и он что бы сменить тему, предложил:

– Ну что, между первой и второй перерывчик небольшой?! – компания не возражала.

Наметившуюся идиллию, нарушил местный участковый Воронцов, подошедший со своим молодым напарником, к столику, где кайфовала компания.