Большая игра

У первого же колодца захотел утолить жажду. Попив, я отошёл в тень передохнуть. Тут к колодцу подошли девушки, и стали набирать воду в кувшины. В это время подъехали пастухи. Принялись они кричать и отгонять девушек от колодца. Наглости такой от скотоводов я стерпеть не мог, и палкой прогнал их, а потом предложил девушкам набрать воду. Они поблагодарили меня. Узнав, что я странник, и не имею приюта, предложили остановиться в доме их отца. Девушки оказались дочерями медиамского жреца Иофора.

Я стал жить в доме Иофора.

Дочери его оказывали мне знаки внимания. Приглянулась мне младшая – Сепфора. Её я и взял в жёны. Слов нет, люблю я жену свою. Она мать сыновей моих: Гирсама и Елизера. Но часто лёжа в объятиях Сепфоры, думал я о Фарбис, прекрасное тело которой не могу забыть до сих пор.

Видишь ли, Иексей, я понимаю твою любовь к Агари, потому и поддержал тебя.

– О Моисей! Ты мудр и великодушен! – воскликнул я, падая на колени. – Благодарю тебя за участие и понимание. Знай, не найдёшь ты нигде слуги, более преданного чем я.

За Корея не беспокойся, он друг мне. Я поговорю с ним, и он поймёт всё.

– Хорошо коли так, – улыбнулся Моисей. – Теперь иди. Устал я, и хочу отдохнуть.

Выйдя из шатра месшиаха, я отправился к жилищу Корея, но голос его услышал у костра Авирона. Друг мой сидел с Авироном и Дафоном. Я подошёл к ним, и молвил:

– Послушай меня Корей.

Тот сделал вид, что не видит меня. Со мной заговорил Авирон:

– Что нужно тебе у костра моего Иексей?

– Корей, – ответил я, подходя ближе к костру.

– Здесь собрались люди из колен Левитова и Рувимова, – встрял в разговор Дафон, помешав угли в костре, он продолжил. – Ты Иексей без роду и племени, и не место тебе среди нас

– Я хочу поговорить с Кореем, – упрямо гнул я своё.

– Уйди Иексей, я не хочу видеть тебя, – угрюмо ответил мой друг.

– Почему?! – не понял я.

– Непонятно?! – взревел Авирон. – Тебе не место здесь! Пойди вон! Или мне крикнуть сыновей, что бы прогнали тебя палками?!

Сплюнув, поспешил я ретироваться, что бы ни быть битым.

Взбешённый, я вернулся к своему шатру. Только молодое тело Агарь смогло унять мой гнев. Несчетное количество раз я овладевал ей, и только ранним утром уснул без сил. Проснулся не от поцелуя Агари, а от пинка Элксая.

– Вставай прелюбодей! – нещадно тряс он меня за плечо.

–Что ты хочешь, брат мой? – очумело глядя на него, спросил я его.

Что бы я окончательно пришёл в себя, Элксай саданул меня ладонью по затылку.