Сумеречная зона. Интернет

– Привет, Костик, – ответил Ярослав, выуживая из кармана подготовленную камеру, – теперь ты сможешь меня видеть.

Он пристроил камеру на угол панели так, чтобы она не привлекала внимания не посвященного во вполне человеческий диалог человека и машины.

– Устраивает?

– Вполне, – ответил Костик, – теперь я знаю, как ты выглядишь. А как ты видишь меня?

Неожиданный вопрос. Костик, конечно, машина, но оказывается ничего человеческое ему не чуждо. Так и совсем очеловечится…

– А как ты хочешь выглядеть?

– Просто! Я хочу, чтоб у меня была голова, лицо.

«Ничего себе заявочки?»

– Но это же сложно. Надо найти мастера, который…

– Не надо никого искать, – прервал Костик, – я уже нашел себе лицо.

Возле боковой панели сформировалась голограмма. Поначалу полупрозрачная, затем все более и более наполненная красками жизни. Голова на голограмме повернулась в пол оборота. Губы шевельнулись в такт вылетевшим словам.

– Тебе понравилось мое лицо?

Ярослав невольно передернулся.

– Нет, Костик, – решительно заявил он, – так не пойдет…

– Почему?

Ярослав потер глаза, стараясь не смотреть на голову, отдельно плавающую в воздухе.

– А вдруг кто войдет! – нашел он наконец, подходящее объяснение, – мы же тогда раскроем нашу тайну.

– А как тогда быть?

«Как? – Ярослав задумался, – а что если…»

– Придумал! – просиял он, – ты выведи свое лицо просто на экран.

Голограмма растворилась в воздухе. Ярославу показалось, что компьютер испустив вздох сожаления. Но тут же выбранное Костиком лицо появилось на одном из экранов.

– А если сейчас кто-нибудь заметит? – проговорил экранный Костик.

– Не заметит, – Ярослав решительно махнул рукой.– Давай продолжим то, что вы начали с Романом.

– Будем искать Снежану Грин? – деловито спросил компьютер.

– А ты сможешь?

– Постараюсь.

Засветился еще один экран.

Тонкие линии пересекли темную поверхность. В уголке появился портрет исчезнувшей девушки. Побежали строки, рассказывающие о ней. Мелькнул корабль, увезших предполагаемых колонистов на красную планету.

Перед глазами Ярослава предстал вырубленные в скалах многочисленные помещения. Развернулась пятигранная марсианская пирамида. Тонкие яркие щупальца, обыскивающие пространство потянулись в неизвестность.