Зигзаги Времени. НИИМИ

Однако этого не произошло. Движения оказались на редкость неуклюжими, никак не желающими сливаться в единый узор.

– А не лучше тебе все-таки выйти во двор, – бросил повернувшийся к другу Виктор.

Александр остановился посреди горницы, с трудов переводя дыхание.

– Все-таки это тяжеловато, – проговорил он, ладонью откидывая волосы с внезапно вспотевшего лба.

Брякнул о доски пола приклад. С легким стуком ружье увалилось на лавку. Ноги поднесли молодого человека к бочонку с водой, стоящему недалеко от входа в комнаты.

– Нет, это не вариант, – глухо проговорил он, – ружье не приспособлено для копейного боя.

– Но, насколько я помню, ведь было же еще когда-то, – задумчиво проговорила Оксана, – так называемое фехтование на штыках.

Она повернулась к Виктору.

– Вроде бы, это как раз твоя тема.

Виктор непроизвольно закашлялся. Действительно, когда-то существовала такая фехтовальная дисциплина. Тренер что-то рассказывал, но что? Вот бы еще вспомнить, что именно. Жаль, что никаких приемов он так и не показывал. А, может, и вообще не знал.

Молчание затягивалось.

– Я не знаком с этим видом фехтования, – наконец произнес Виктор, спрятав взгляд от друзей.

– Что там уметь? – пренебрежительно отмахнулся Александр, – коли… и вся недолга…

– Не скажи, – возразил Виктор, – если б все было так просто, то Суворов вряд ли бы сказал: «Пуля – дурра, штык – молодец»…

– Это высказывание свидетельствовало только о недостаточной стрелковой подготовке русской армии…

В комнате появилась Платоновна, внося с собой запах сырости.

Беспокойно зашевелились гости из будущего. Виктор приподнялся с лавки, намереваясь помочь женщине.

– Сиди уж, касатик, – отмахнулась Платоновна, – не твое то дело.

Брякнула отодвигаемая заслонка. взметнулся столб ярких искр. Пыхнули жаркие пламенные отблески. Женщины пошурудила в печи кочергой. Густой запах готовящихся зеленых щей опять заманчиво потек по горнице. Виктор непроизвольно сглотнул слюну. Он невольно скосил глаза на спутников.

– Щи да каша – пища наша, – буркнул Александр.

– Будет и каша, – проворчала Платоновна.

Оксана стремительно подскочила с места, бросилась помогать Платоновне.