Сумеречная зона – 2. НИИМИ

– Нет, Хеткала, – улыбнулся Хеказа, – я рисую подробности нашей недавней охоты, когда умелый охотник Уохитика в голодное время смог убить этого оленя и накормить весь род.

– Ага, Уохитика? – недоверчиво протянула девочка, – а где он?

– Сейчас нарисую – буркнул художник, вновь приближаясь к стене и принялся за работу.

За спиной звонко зашлепали босые подошвы.

Девчонка стремительно выбежала из пещеры.

– Мама, мама, – послышался снаружи её звонкий голос, – а Хеказа Уохитика рисует!

Юноша невольно усмехнулся.

Шуршание шагов множества ног опять прервало его занятие.

– Вот, ведь принесло, – буркнул Хеказа и, скорчив рожицу пострашней, повернулся к незваным посетителям.

– Ай! – вскрикнула отшатнувшаяся Хеткала.

– Не пугай, – строго поправил его сам великий охотник, – лучше покажи, что ты там изобразил.

Хеказа поднял плошку с огнём выше, осветив незаконченный еще рисунок.

– Это тот самый олень, – терпеливо пояснял он, водя пальцем по рисунку, – которого ты добыл во время суровой зимней охоты. Тогда ты смог спасти от голодной смерти всех родичей.

– Хм, – Уохитика собрал в кулак лохматую бороду и, просияв, добавил, – теперь ты вместе со старейшиной нарисуешь все прошедшие с племенем события.

– Но, Уохитика, – юноша жалобно посмотрел на охотника, – Я хочу быть таким же умелым охотником, как и ты.

– Будешь! – одобрительно проговорил Уохитика, хлопнув юношу по плечу так, что тот невольно качнулся, – но это, – охотник указал на рисунок, – тоже очень важно.

– Почему?

– Люди должны знать…

***

– Вот так и появились рисунки на стене пещеры.

– Это ты сам видел? Или просто придумал?

– Славка, а теперь это имеет значение? Я лишь рассказал тебе то, что видел.

– Значит, в данном случае охотничья магия отсутствует, – прослушав сочинение Костика, задумчиво отозвался Ярослав, – Но какая между обоими сюжетами связь?

– Вот, и я про то же, – в голосе электронного собеседника появились нотки превосходства, – как можно сравнивать абсолютно непохожие вещи.

Дверь снова бесшумно отворилась. В комнату вошел Семён. Голограмма Костика еле-еле успела схлопнуться.