ПАКАЛЬ. Аз воздам

– Твой? Что? – Макар непроизвольно выставил клинок навстречу огненной фигуре.

Язык пламени метнулся в лица собеседников.

– Точнее не мой, а моего верного воина, – поправился огонь.

– Да, что ты вообще такое? – Славка напряженно поднялся, не спуская глаз с фигуры.

Громогласный хохот ударил по ушам.

«Сейчас точно все проснутся, – почему-то мелькнула мысль, – И… это прекратится».

Однако из палаток не доносилось ни звука, только сонное дыхание с трудом пробивалось сквозь шум ночного леса.

– Это сон, – пробормотал Славка, ущипнув себя за руку.

– Это я-то сон, – взбеленилось пламя и ожгло молодого человека.

– Да, что тебе надо? – Макар решительно махнул рапирой сквозь огонь.

– Ах, так! – языки костра снова взметнулись в высоту.

Макар охнул и выронил оказавшуюся невыносимо жгущей рукоять клинка.

Вы потревожили вечный сон моего верного слуги! Вы должны понести за это наказание!

– Но мы археологи, – это наша работа.

– Зачем вы полезли в погребение?

– Эт-то н-наша раб-бота, – начал заикаться Славка.

Злобно плеснула в них пламенем огненная фигура…

***

…Наутро их и нашли.

Макар ничком лежал в потухшем костре полностью обгорелый. А Славка был еще жив, но недолго: в больнице и он отдал Богу душу. Все внутренности его были сожжены…

Ритуал

1

Трагические события начали уже забываться.

Позади остались и бесконечные вызовы к следователю.

Жизнь постепенно входила в привычную колею.

Ребята в разговорах старательно обходили тему раскопок на могильнике.

– Почему они оказались сожженными? – раз за разом задавал он себе вопрос, – не передрались же они, в самом деле, что бы там не сообщалось в официальной версии.

Снова и снова он пытался вспомнить события роковой ночи. Однако ничего необычного, проливающего свет на приведшие к гибели события, на память так и не приходили.

Несколько раз Александр пытался заговорить с участниками злополучной экспедиции. Что-то никак не давало ему возможности нарушить негласное табу.

«Должен же быть разумный ответ. Должно же существовать правдоподобное объяснение случившемуся».

Дома Александр заполнял всевозможными схемами листок за листком, разбираясь с хроникой событий. Шаг за шагом он продирался по извилистым тропинкам истины.

Постепенно начала вырисовываться несколько необычная картина.