Похождения полковника Скрыбочкина

Которое показалось знакомым… Это был заросший синей щетиной мужик с утраченной мыслью в глазах. Он пил кюрасао и, безразлично отрыгивая в разные стороны, ковырял вилкой промеж своих недостающих зубов; а в воздухе вокруг него пахло полуразложившимися воспоминаниями тщетной личности, давно утратившей интерес к своему общественному статусу.

– Ты што же, мил челувек, совсем страх потерял или достатошную силу в руках накопил? – громко вопросил Скрыбочкин, оскалившись в дотошной улыбке. – Нет, не пойми за претензию, но просто мне любопытственно, почему это ты не боисся зомби?

– А просто не боюсь, и всё, – на чистом русском языке ответил мужик.

 – Потому что убеждённый атеист не может верить ни в каких зомби.

И тут Скрыбочкин его узнал:

– Э! Ахферист ты недоразубеждённый, а не атеист! Тля микроскопическая, вот ты хто на самом деле. Да и то среди тлей – самая што ни есть наислепая и тугодумная! Ну дак протри же ты наконец глаза как следует и споглянь на меня, гражданин Корецкий!

Опознанный, вздёрнувшись на стуле, внимательно выставил глазные яблоки навстречу вошедшему.

И тоже узнал его, чуть не прикусив язык от изумления:

– Ты?

– Я!

– Не может быть!

– Дак ото ж! Я и сам спервоначалу подумал, што не может быть – однако на самом деле, как видишь, так оно и есть! Чудеса, нда-а-а…

Дело в том, что в Екатеринодаре Скрыбочкину случалось неоднократно набивать морду этому типу по служебной надобности, как подпольному борцу с государственным порядком.

Такая встреча вдали от Родины казалась невероятной.

Всерьёз обеспокоившись, не сходит ли он с ума, Корецкий широко распахнул рот, будто ему не хватало воздуха для удовлетворительного дыхания. И на его лице стали быстро сменять друг друга противоречивые чувства, среди которых не угадывалось ни одного положительного.

– Не бойся, не трону, – успокоил Скрыбочкин своего неожиданного визави, благодушно подмигнув ему. И присел рядом, не останавливаясь мыслью на достигнутом:

– Хучь ты и челувек не из лучших, а проще сказать сапропель смердючий, да всё одно мне приятно встретить земляка.

– От сапропеля и слышу! – самолюбиво оборвал его Корецкий.

– Ладно, давай не суперечничать почём зря. Мы же теперя тут одни остались. Чужбина, мать её… Хочешь, братом мне будешь?

– Не дай бог, – вздрогнул Корецкий и опасливо заглянул собеседнику в рот, словно оттуда в любую секунду могла выскочить стая чудовищ. – Зачем ты мне нужен, если я завтра отсюда уплыву.