Инженер страны Советов

В том же Нижневартовске довелось побывать пару раз, а там до Самотлорского месторождения, что называется, рукой подать, а откроют его, если мне не изменяет память, только в середине 1960-х годов.

В моей родной Башкирии нефть добывают с начала 1930-х годов, но пока не открыто еще Туймазинское и Чекмагушевское месторождения нефти. А ведь есть еще месторождения, о которых я просто не помню. Не помнил я и координат города Мирный, где было открыто месторождение алмазов. Примерно на карте очертил район и написал пояснение: «Алмазы».

Раз в день под вечер в мой номер заходил молчаливый сотрудник НКВД и забирал написанное мной. И не просто так забирал, а ставил на стол что-то вроде металлического кейса с замком и выходил за дверь. Я открывал кейс (буду так его называть, потому что мне привычнее) своим ключом, перекладывал туда написанное мной за день, закрывал замок и передавал с рук на руки ожидавшему за дверью сотруднику.

И вот спустя две недели моего достаточно комфортного заточения в дверь вошел сам глава НКВД. Он оглядел мои хоромы и произнес:

– А неплохо вы устроились, товарищ Шершнев. Можно сказать, номер люкс в гостинице с полным пансионом, и все это за государственный счет. Тоже, что ли, попросить, чтобы так же закрыли хотя бы на пару дней и не тревожили?.

Я же сидел вполоборота к нему, ожидая, что будет дальше. Вставать я и не подумал. Уже одно то, что Берия сам пришел и обратился ко мне «товарищ», а не «гражданин» говорило о многом. Похоже, он мне поверил.

Берия тем временем резко прекратил смеяться и обратился ко мне:

– Собирайтесь, Михаил Андреевич. Поедем знакомиться кое с кем.

У меня невольно перехватило дыхание. Похоже, я знаю, кто такой этот самый «кое-кто».

Кабинет Сталина почти не отличался от того, как его показывали в фильмах. Сам хозяин кабинета сидел за рабочим столом и с интересом рассматривал меня. Я выступил на полшага вперед зашедшего со мной Берии и произнес:

– Здравствуйте, товарищ Сталин. – Голос слегка дрогнул от волнения. Все же, что бы там ни писали либералы в будущем, передо мной была ЛИЧНОСТЬ.

– Здравствуйте, товарищ Шершнев. – Сталин заметил мое волнение и слегка усмехнулся.