Инженер страны Советов

Девушка привычно распахнула дверь в каморку и увидела его, стоящего в одних трусах возле умывальника и рассматривающего себя в зеркале. Щеки мгновенно запылали жаром, и она, пискнув «Ой, здрасте», выскочила за дверь. Быстро переведя дух, крикнула через дверь, что одежда на стуле и что она подождет, пока товарищ оденется. А потом они пили чай и разговаривали. Михаил, как оказалось, почти ничего не помнил. Даже какой сейчас год позабыл.

А сегодня Таня сварила вкусные щи из свежей капусты и напекла лепешек. Ей очень хотелось, чтобы именно Михаил оценил ее стряпню, хотя и боялась сама себе в этом признаться.

С самого первого раза, когда она его увидела, лежащего без сознания, Татьяна думала лишь о нем. Было в парне что-то такое, что притягивало к себе. Что-то необычное, загадочное. И, идя по дороге на лодочную станцию, Таня не переставала думать о Михаиле. Она настолько погрузилась в свои думы, что аж вздрогнула от вопроса.

– Танька, куда это ты направилась?

Брат Колька, сидя на мотоцикле и улыбаясь, смотрел на нее, чуть прищурив глаза.

А она и не услышала, как он подъехал.

– Ладно уж, сердобольная, садись, подвезу. Сам туда еду. Тоже познакомиться хочу.

Глава 2

Неожиданная встреча и арест

– Ну здравствуй, мил человек! Я гляжу, оклемался? – Цепкий, внимательный взгляд вошедшего, казалось, просвечивал насквозь, как рентген. А не прост этот дядя Федя, ой как не прост.

– Здравствуйте! А вы и есть тот самый дядя Федя, о котором Татьяна рассказывала и который меня из воды вытащил? Огромное спасибо вам за это! – Я смотрел ему прямо в глаза, не отводя взгляд.

– Х-хе! – усмехнулся вошедший. – Кому дядя Федя, а кому и Федор Тимофеевич. А кто-то и товарищем Матвеевым кличет. А благодарить не за что. Нешто можно человека бросить погибать. Ну а сам-то кто будешь?

– Шершнев Михаил. По батюшке – Андреевич. А больше ничего не помню, вы уж извините… – Я виновато развел руками.

– Не помнишь или говорить не хочешь? – Вновь пронзительный взгляд рентгеновских установок.

– Врать не хочу, товарищ Матвеев…

Пока решил обращаться к собеседнику так. Вдруг обидится на «дядю Федю», да и помнил из старых фильмов, что в это время те, кто не был близко знаком, именно так и говорили.

– Часы твои?

– Мои, – кивнул я в подтверждение.

– Понятно. – Матвеев кивнул каким-то своим мыслям. – Тут ты прав, своим, – выделил он это слово, – врать не следует. Ну а меня тогда уж по батюшке величай.

– Благодарю, Федор Тимофеевич.