Столкновение

Ируэль накрепко вбил в ее прекрасную головку инстинкты воина, который первым делом хватается за клинок и активирует магический щит, а не стыдливо прячет груди. Наставник, ставший для девушки настоящим отцом, говорил, что врага иногда полезно ошеломить аппетитными полушариями с острыми бугорками сосков, после чего можно смело выкалывать похотливые зенки, ведь мужчины, будь они орками, людьми или эльфами, чаще всего не ожидают никаких действий от женщины, застигнутой неглиже. Таким образом преимущество оказывается не у сильного мужика, а казалось бы, слабой дамы.

Главное – правильно им распорядиться и первой ткнуть ножом или заклинанием.

– Спокойно, Эль, – невозмутимо сказал Ируэль, флегматично рассматривая разбросанные по поляне дымящиеся ветки.

– Что произошло?

Резкое движение ножкой – и подброшенная перевязь с узким клинком влетает в руку девушки. Движения настолько быстрые, что неподготовленный человек вряд ли разглядел бы момент, когда из руки, завладевшей облегченным мечом, исчез нож.

– Земляной орех, Тарг его задери…

– Понятно, – ухмыльнулась эльфийка.

Наставник умудрился развести костер над земляным орехом, скрытым тонким слоем почвы. Был бы тот зрелым, ничего бы не произошло. Сердцевина спелого ореха, спрятанная под толстой скорлупой, напоминает сливочное масло, от жара зрелый плод просто трескается; а вот зеленый, заполненный сладковатым, приятным на вкус молочком, превращается в маленький котел, закрытый плотной крышкой.

Иногда котел дает трещину и лопается, иногда взрывается. В этот раз произошло второе.

– Ты или домывайся, или облачайся. Или ждешь, когда комары ягодицы облюбуют? – язвительно сказал Ируэль.

На высказывание наставника девушка презрительно фыркнула, пара мгновений – и только колышущиеся толстые листья трубника напоминали о том, что кроме хмурого эльфа, на поляне был еще кто-то.

Ируэль тщательно просканировал грунт под ногами, проверяя его на сокрытые сюрпризы; не хотелось бы вторично выглядеть растяпой, то-то Эль посмеется! Мол, сколько выговаривал, а сам хуже первогодка, топающего в лесу, как стадо барлов во время гона.

Надо же так по-детски лопухнуться… Эльф недовольно качнул головой, потер уродливые шрамы на левой половине лица и, призвав заклинанием раскиданные по поляне головешки, устроил новое кострище меж выступающих корней старого дуба, который занимал ближний к реке край поляны.