Когда мы были на войне

Последнее, что увидел матрос, это как гранатометчик заваливается на спину, а выпущенная им граната с ревом, проносится сверху БТРа, не причинив вреда. Пуля снайпера, разрывая молодую плоть, остановила сердце морского пехотинца, и Костя погрузился в небытие.

А бой продолжался.

Командир минометной батареи очнулся от холода, вцепившегося в его ноги. Открыл глаза. Кругом шла бешеная стрельба. Ощупал себя. Вроде цел, только очень сильно болела грудь и дышать было тяжело.

– Цел, Палыч! – прокричал командир роты.

– Да, вроде! – прохрипел Палыч, расстегивая на груди разгрузку*.

– Давай! Давай, Палыч, быстрее огонь батареи!

Палыч обернулся, рядом с ним находился верный связист.

– Батарею на связь! – с трудом выговаривая слова, похрипел он. Осторожно выглянул из траншеи, осмотрелся.

– Товарищ, капитан, «Вишня» на связи!

– «Вишня»! Я «Медведь»! Нахожусь на повороте, ориентир двадцать третий, на юг сто метров цель двадцать вторая, пехота противника, одну осколочную мину! Огонь! – взяв гарнитуру* в руки, передал капитан.

– Где Сазонов? – спросил он у связиста. – Наверху бэтра!

– Жив?!

– Не знаю! Но, я видел, как Костик срезал гранатометчика. Класс! – восхищенно ответил матрос.

– Ладно! Потом разберемся!

Мина, со свистом разрезая воздух, врезалась в землю буквально в нескольких десятках метров от них. Разорвавшись глубоко внизу, выбросила фонтан грязи.

– Отлично, Палыч, давай осколочными! – прокричал командир роты.

Командир батареи опять взял гарнитуру у связиста:

– «Вишня»! Придурки! Колпачки со взрывателей снимайте! Дальность больше сто метров, батарее залпом, одну мину! Огонь! Передав команду, сам подумал: «Слава Богу! Что с первой мины колпачок не сняли, а то бы всех посекло осколками».

– Палыч! Давай еще! – прокричал командир роты.

Разрывы мин начали крушить тростник и кустарник. Командир батареи, управляя огнем, последовательно переносил его скачками по пятьдесят метров, прочесывая местность.

– Комбата на связь! – приказал командир роты. Связист повернулся на бок.

– Копыта не поднимай! – не успел проговорить командир, как матроса отбросило в сторону, и штанина на глазах начала темнеть от крови. Бойцы, не дожидаясь команды, вновь открыли бешеный огонь из автоматов.