Любитель закатов на Палау

Особенно в свете того, что выглядевшая глупой Жанна оказалась не так уж дурой. Я ее считал хитрой, подлой, злой, но не умной. И вдруг выяснилось, что глупость была всего лишь маской, одной из многих.

– Я не усложняю. Я смотрю под нужным углом… – Сделав эффектную паузу, я собрался было выпалить, что вся моя история была просто забавной выдумкой ради вкусного обеда, а наивная Жанна приняла все за чистую монету, но не смог. Меня уже никто не слушал. Дрожа всем телом, Жанна глядела на что-то за моей спиной. Рядом трясся здоровяк Мишка, выронив рукоятки тачки.

Я тоже повернулся, и тоже остолбенел. Это было в новинку. Прямо передо мной, замерев в угрожающей позе, стоял сияющий алым страж. Сначала я его принял за нашего надсмотрщика, но потом увидел того привычно черным и «танцующим» в стороне. Это был другой «богомол», куда крупнее и без дергающейся треугольной головы. Мы никогда не видели их больше одного. Но куда более странным было, что за первым алым стояли еще двое.

– Пойдем, – услышал я низкий механический голос и не сразу понял, что это говорил страж.

– Ну, пойдем, – весело и непринужденно попытался сказать я. Не получилось. Голос предательски дрожал, горло пересохло. Хотел было пошутить, чтобы Жанна с Мишкой не благодарили за шикарный завтрашний обед, которым их наверняка накормят за мою сказку, но не смог. Просто махнул рукой, развернулся на деревянных ногах и в сопровождении странного конвоя поплелся к башням распылителей.

Иронично получилось. Уводили меня, хотя еще пару часов назад я рассчитывал избавиться от Мишки и строил планы на завтра, размышляя над новой историей в угоду жукам. Оказалось, что лучше рассказанной сегодня мне уже не поведать никогда.

Немного успокаивало, что уводили меня в одиночестве, не хлестали, даже не подгоняли. Выходило, вели не на переработку, уготовив иную участь. Хотя, как знать, может она окажется хуже перспективы быть заживо распыленным.

2022 год

Нетрудный выбор

Пытаясь перебить какофонящий, эхом отдающий в голове глумливый тенорок, я какое-то время скороговоркой мысленно повторял: «Я профессионал. Это просто работа». Но спасительна мантра не помогала, легче не становилось. С каждым вылетающим из поганого рта словом во мне лишь росла ненависть и желание схватить что-нибудь со стола и запустить в раскормленную морду борова.