В тени экватора

Неизвестно еще, во что вчерашний ужин выльется. Ишь ты, как бурлит в животе! Благо дамы на плоту не присутствуют, так что стесняться в данном случае некого.

Михаил, широко размахнувшись, зашвырнул протухшее мясо подальше за борт. Нарвал жесткой травы, росшей у самой воды, и принялся неистово отмывать от дюралевой лодки противный запах, который успел прочно въесться в ее блестящие борта. Не успел Кремнев закончить чистку «тазика», как в той стороне, куда недавно был послан кусок испортившейся пищи, закипела вода и на поверхности замелькали темно-зеленые части крокодилов.

– Вот гады! Что за паршивые создания, никто друг другу не уступит! – выругался лейтенант. – Гляди, друг у дружки из пасти куски рвут! Тьфу! Бабахнуть по вам из автомата или гранаткой угостить?

«Бух! Р-р! Клац! Клац!» – не обращали на человека никакого внимания и продолжали драться между собой зубастые рептилии, щелкая ужасающими челюстями и демонстрируя огромные клыки.

– Эй, уродины зеленые, вам что, непонятно? А ну, кыш отсюда! – начал выходить из себя Кремнев, присоединяя к автомату полную обойму.

Не ясно, то ли крокодилы и вправду поняли слова лейтенанта, то ли их спугнул металлический лязг присоединяемого магазина с патронами, но, клацнув несколько раз зубами, хищники погрузились в воду, и на растревоженной водной глади наступила призываемая тишина.

– Так-то лучше, изверги зубастые! – удовлетворенно прикрикнул Михаил и, опустив АК, продолжил подготовку к отплытию.

Кремнев, обдирая ладони, проворно вскарабкался на росшую на острове пальму и всмотрелся в даль, там до самого горизонта обозначилась безграничная, сплошная стена, посеченная затянувшимся ливнем воды, и, куда ни глянь, никого и ничего нет!

Через пару километров отчаянной гребли Кремнев обратил внимание, что шест все глубже и глубже уходит под воду. Теперь, чтоб достать дно, приходилось опускать его едва не на всю шестиметровую длину, а местами и ее не хватало. Тогда он, как веслом, подгребал прочной палкой, пытаясь заставить плот двигаться как можно быстрее вперед.

Перспектива заночевать прямо на воде его явно не радовала, но, как ни бился лейтенант, прибавить в скорости не удавалось ни на йоту.

Ночь не заставила себя долго ждать, и к положенному часу сгустилась тьма, усилился ливень, продолжать движение стало крайне опасно. Кремнев отдал якорь – веревка, держащая камень, показала глубину около десяти метров.