В тени экватора

Михаил решил, как преодолеет вязкое пространство до твердой земли.

Из остатков хвостовой части самолета боевым ножом нарезал несколько приличных дюралевых кусков прямоугольной формы. Используя рукоятку пистолета как молоток, прошелся по кромке полученных листов, загнув часть их под прямым углом на пару сантиметров с каждой стороны. Затем на других листах с некоторым усилием выгнул загнутые края в обратную сторону, употребив знания, полученные еще на уроках труда средней школы, где когда-то подобным образом из листов жести сооружал декоративные кружки и бочонки.

Сопоставив на всю длину и сцепив между собой обработанные листы за загнутые края, Михаил простучал их «Макаровым». Получилась классическое совмещение по типу соединения металлических листов в «двойной замок».

Доработав ножом и пистолетом родившуюся в муках конструкцию, через три часа кропотливого труда перед Кремневым покоилось некое подобие гигантского тазика для мытья в бане без ручек. Воображение вообще-то рисовало вначале дюралевую лодку, но, раз вышел тазик, пусть будет тазик, лишь бы не пошел ко дну.

До ближайших кустов и деревьев, годных на эту роль, самое малое метров двадцать по самой трясине. Что делать? Неожиданно взгляд лейтенанта прошелся по боковому шпангоуту. Отлично! То, что надо! Остается каким-то образом выломать эту часть каркаса самолета из его стенки. Где ножом, где ударами пистолета, где просто руками, обмотанными тряпками, чтоб не пораниться об острый металл, Кремневу удалось оторвать часть ребра шпангоута.

Еще десять минут работы импровизированным молотком – и в руках у Михаила покоилось некое подобие то ли палки-копалки, то ли совковой лопаты без черенка. Хотя сам автор считал, что все же вышло весло.

На часах половина двенадцатого, пора выдвигаться. Из самых больших штанов, что отыскались в тюках, изготовил самодельный вещмешок. Завязал внизу штанины вырезанной из брезентовой ткани длинной тесемкой, сложил в них нехитрые пожитки.

Из вещей взял с собой тушенку, галеты, пару запасного белья, трубки для питья воды, фляжки с водой, новые берцы. На ноги надел старые, в которых прибыл сюда. По опыту знал, что новую обувь надо тщательно разнашивать, в противном случае запросто натрешь ноги. Сложил все удобно, по-десантному, так, чтобы ничто не гремело при ходьбе.

Большой кусок брезента приторочил таким образом, чтобы тот оказался на спине.