Проклятие Усердия. Том 2

Или же…

Не сумев понять, что ему хочет сказать божественная банка с песком, Виктор удостоверился в том, что сейчас он может свободно «вернуться в тело» или, если быть точным, то просто разорвать контакт со своей душой, после чего задал интересующий его вопрос о том, почему такое могущественное существо общается такими образами, а не, скажем, словами.

И ответ оказался ценнее, чем все прочие, субъективно растянувшиеся на десятки и сотни часов образы. Ведь если Виктор правильно понял, то в этом своём недостатке божество винило тех, из чьих мыслей, помыслов и надежд оно было рождено.

Людей. Да, проклятый мог ошибиться с расшифровкой образов, но вероятность этого была крайне мала. Крайне.

«Боги не говорят прямо», надо же.

Тэмпус оказался столь любезен, что продемонстрировал «Ничего» из которого он был рождён. Показал своего первого служителя. Человека, невольно создавшего образ будущего бога. Стареющий смертный просто вечерами рассматривал песочные часы, отсчитывающие дни его жизни, и мечтал о вечности, о сотнях несбыточных вариантов.

О том, как было, «если бы». Показал культиста, уверовавшего в возможность обратить время вспять и принёсшего себя в жертву, проложив тем самым дорогу для сотен и тысяч своих последователей. Проверить, оказался ли самоубийца в ином времени было невозможно, но уже тогда Тэмпус был способен на небольшие чудеса…

Бог – лжец. Ничего нового, впрочем.

Обрадованный подтверждением одной из своих теорий касательно природы божеств, Виктор попытался продолжить переговоры, ставя во главу угла своё нежелание открыто враждовать с церковью и уверяя собеседника в своём непринятии демонов как вида.

Но получить ответ не успел: парня банально привели в чувство, и диалог прервался.

Виктор ван Бельвиос открыл глаза и первым делом заметил отца, который смотрел то на сына, то на церковь. Рядом суетился лекарь, чуть поодаль держалась стража, а уже за ними… Столько народу проклятый видел разве что на праздниках, и даже там простой люд не был настолько повёрнут на одной конкретной идее.

Каждый, от мала до велика, открывал рот только для того, чтобы проскандировать одно-единственное слово.

Святой…

Глава 3

К сожалению, проклятие несмотря на «смену тела» никуда не пропало – в этом Виктор удостоверился уже к ночи, когда характерные ощущения начали понемногу возвращаться, грозя к утру войти в полную силу. Огорчительно, но ожидаемо – от такой гадости столь просто избавиться едва ли получится.