Анимация мысли

 – Она повернулась к «ответившему тем же» – а ты что на провокации всякие кидаешься, звони в скорую он не дышит.

Все засуетились.

Прошло несколько секунд, он открыл глаза и сделал глубокий вздох.

– наконец-то ты очнулся! – Ника приподняла его, – как чувствуешь себя? Ты не дышал.

Здоровяк подал ему руку:

– ты извини, не рассчитал немного – и потянув на себя поставил того на ноги, – я надеюсь обойдемся без полиции?

– да да, проехали

немного отойдя Вероника продолжила

– что случилось-то? Сидели спокойно… и что, что он посмотрел? Все на всех смотрят.

– я был рядом… – он не слушал Нику, – Камиэль чувствовала меня… но не подпустила к себе… Не оттолкнула. Не сказала ни слова… Это было равнодушно, словно пусто.

Девушка замолчала.

– бармен – он крикнул куда-то в зал – водки.

Через минуту он наливал себе полную стопку. Затем вторую, пятую, восьмую. Вероника уже не прикасалась к своему бокалу. Бутылка опустела.

– бармен – снова тот же крик – водки

– остановись, а то снова натворишь что-нибудь – Ника взяла его за руку

– не волнуйся теперь, только себе… – он улыбнулся и снова крикнул – водки.

Но бармен стоял уже возле него, наливая полную стопку.

– о, красавчик – продолжал клиент – свободен.

Тот удалился

Брат Александр 1

Александр Михайлович и Лука шли в узком переулке.

– мир становится другим – начал А.М.

– нет, это люди становятся другими – возразил Лука

– они и изменяют этот мир

– только по воле Бога – мимо проходил священник

– день добрый.

Священник даже не удивился

– нет, Бог – это предел развития. Он уже не меняется. Но только создает эти изменения, хотя…

– почему Он тогда меня скажем не изменит, или избавит нас от болезней или голода? – съязвил А.М.

– но ведь это ты не хочешь изменяться. У тебя есть выбор. Если изменимся мы, то изменится и мир. Болезни и голод исчезнут это очевидно

Лука сделал вывод:

– да, люди злые.

– нет, они не злые, они пользуются злом, – пытался объяснить священник – либо добром. Но Бог он даже не пользуется любовью, Он отдает ее нам, а вот мы ею пользуемся, и к стати ради самих же себя.

Пастырь свернул в другой переулок этого бесконечного городского лабиринта. Они пошли дальше

– грамотный какой-то

– не это не грамотность, это мудрость. Он прав в этом мире любовь – это предел таланта.

– а я все равно не верю.