Шах и мат

Не помню, сколько ему было, но однажды он назвал бывшего мирового чемпиона мудаком за то, что тот сделал невозможный ход во время разогрева. Я точно помню, что слышала эту историю и размышляла, кто такой «мудак».

Каждый раз Сойера штрафовали. Делали выговор. Он был постоянным объектом внимания журналистов шахматного мира. И каждый раз сообщество принимало его назад с распростертыми объятиями, потому что вот какая штука: больше десяти лет Нолан Сойер только и делал, что переписывал шахматную историю, переопределял стандарты и привлекал внимание общественности к этому виду спорта.

Но не забыть. Все в сообществе знают, что Нолан Сойер – ужасный тип с переменчивым настроением и взрывным характером, источающий токсичную маскулинность. Что никто в истории шахмат так не воспринимал свое поражение. В истории любого вида спорта. В истории истории.

И раз уж он проиграл мне, кажется, это может стать проблемой.

Впервые с начала партии я понимаю, что десятки людей стоят вокруг нас и о чем-то перешептываются. Я хочу спросить, на что они смотрят и не идет ли у меня кровь из носа, нет ли проблем с одеждой или тарантула на ухе, но я слишком занята тем, что сама пялюсь на Сойера. Слежу за движениями. Пытаюсь понять, не швырнет ли он сейчас в меня часы. Меня не так просто запугать, но я бы предпочла избежать сотрясения мозга, вызванного шахом и матом, если вдруг он решит стукнуть меня складным стулом по голове.

Удивительно, но, похоже, ему достаточно только смотреть на меня. Губы слегка приоткрыты, глаза блестят, будто я нечто странное и знакомое, вызывающее вопросы, важнее жизни, и…

Он смотрит. Игнорировал меня двадцать пять ходов, а теперь просто пялится. Спокойно. С любопытством. К моей досаде, без всякой злобы.

До меня неожиданно доходит кое-что забавное: топ-игрокам пресса обычно дает милые прозвища.

Убийца королей.

Убийца королей едва заметно подается вперед, и его напряженное, изумленное выражение лица пугает меня сильнее, чем потенциальный удар стулом.

– Кто… – начинает он, но для меня это уже слишком.

– Спасибо за игру, – выпаливаю я и встаю, несмотря на то что должна пожать ему руку, подписать карточку с протоколом и сыграть еще три партии.