Геном

Гражданские начали разворачивать свертки, стелить на лед термоизоляцию и ставить палатки. Они прекрасно понимали: каждая потерянная минута приближает гибель.

Еще одна группа начала резать на полосы красные брезентовые полотнища, прикрывавшие спасательные шлюпки. Развернутые и пришпиленные ко льду железными кольями полосы образовали огромный крест.

Ферст ухмыльнулся. Напрасно стараются.

Его внимание привлек рев двигателя. Из люка на корме выехали аэросани, развернулись на палубе и медленно спустились по рампе на лед.

Командир ПА подождал, надеясь, что лед не выдержит. Но он, конечно, выдержал.

Появились вторые аэросани. Водители закутаны по самый нос. На каждой из машин по два вещмешка, сверху прикручены беспилотник и усилитель радиосигналов.

Ферст сочувственно улыбнулся. Он и русских недооценил. Это, разумеется, не означало, что они выживут, но атаку придется ускорить. Нельзя позволить Шоу отсидеться – их могут спасти.

Лин Шоу убила Стоктона и Бромита, а они были для Ферста как братья.

* * *

На борту «Бигля» Лин Шоу открыла дверь кладовой. Замерзшие петли взвизгнули, как попавшее в капкан животное. Лин сняла с полки и передала дочери стопку толстых одеял, затем достала глубоководный костюм и шлем. Массивное снаряжение напомнило Пейтон скафандр Нейла Армстронга, в котором он разгуливал по Луне. «Этому костюму почти столько же лет», – с кривой усмешкой подумала она.

По связи Лин сказала:

– Костюм старый, но выдержит.

Она сама проверила обогреватель и систему подачи кислорода, нажатием кнопки включила лампы на шлеме.

Пейтон удивило, что снаряжение все еще работало. «Сегодня такого уже не выпускают», – подумала она.

Лин присела на корточки, отодвинула пару ботинок от железного ящика и открыла его крышку. В нем хранились пистолеты. Два она сунула в карманы своего костюма, один протянула Пейтон.

– Умеешь им пользоваться?

– Мы… проходили элементарную огневую подготовку.

– И достаточно. Если придется использовать оружие внутри лодки, стрелять будем с близкого расстояния.

В действительности мать спрашивала, способна ли дочь лишить человека жизни. Пейтон не знала. Одна мысль об этом противоречила клятве, которую она принесла, став врачом. Вся ее сущность отвергала убийство.

– Постараюсь.