Жизнь с куклой

Я послушался её и упал обратно в мягкое кресло, Ксюша села ко мне на колени, свесив ноги, обняла обеими руками, медленно, нежно поцеловала в щёку и зашептала на ухо:

– Главное, что мы есть друг у друга. Теперь даже сексом заниматься можем. Всё остальное неважно, всё вторично, понимаешь?

– Да-да, я понимаю.

– Ты на своей работе явно устаёшь, ещё и выслушивать всяких идиотов приходится. Не пора ли сменить?

– Да, но на что?

– На что угодно.

– Ну IT-инженер вроде как престижно.

– К чему тебе этот престиж? Деньги и здоровье – вот что главное.

– Думаю, как-нибудь выкрутились бы.

– Нет, вот давай без этих твоих «как-нибудь». Подумай, чем можно заняться?

– Я как-то думал на днях. Одна коллега говорила, что у неё есть подруга: мастер маникюра. Работает в салоне, но иногда к клиентам домой ездит. Коллега ещё смеялась, что мы горбатимся за тридцать тысяч, а та от сорока до пятидесяти спокойно поднимает.

– Вот и отлично, запишись на курсы, поучись!

– Но мужчина – мастер маникюра звучит как-то не очень.

– Да плевать, как оно звучит, если там и платят больше, и здоровье будет целее.

– Будут думать, что я гомик. Мужчины-стилисты, парикмахеры и уж мастера маникюра – практически все такие.

– Эх, Ромчик, Ромчик, ну что за стереотипы. Наплюй на всех, думай о себе.

– Я… я попробую, я подумаю над этим.

Кем я только не работал, но последние три года, так уж сложилось, перебирался от одной конторы к другой, будучи инженером электросвязи: интернет, цифровое телевидение, IP-телефония. Я успел поработать и на крупные российские компании, и на частные, последняя как раз была одной из них. И ведь странная вещь, что интернет, сотовая связь и даже это пропагандистское телевидение всем было нужно. Забери у людей интернет – в современном мире произойдёт коллапс. Но рынок есть рынок, специалистов было много, поэтому их не ценили.

***

Очередное совещание. Это была та самая небольшая частная конторка, директор снова собрал нас за одним столом, чтобы рассказать всем, какой он хороший и какие мы плохие. Миран Германович Шкурский. Фамилия была говорящая, ведь вёл он себя и правда как последняя шкура.